— Вас обидели, госпожа? — собеседница явно ничего не поняла.
— Ещё как! — возмущённо фыркнула приёмная дочь бывшего начальника уезда. — Если я не соглашусь служить ему у подушки, он грозит рассказать всем, что мы давно любовники!
— Какой ужас! — всплеснув руками, охнула Ишиша. — Кто же на такое способен, госпожа?!
— Имя я тебе не скажу, — Ия со вкусом высморкалась, вытерев нос клейким, влажным платочком. — Только он прислал мне поддельное письмо, где я как будто признаюсь ему в своих чувствах! Ты даже не представляешь насколько это мерзко! Написано так, словно я ужасно распутная женщина и могу думать только о мужчинах!
— Вы из-за этого плакали, — догадалась добрая служанка.
Коварная хозяйка молча кивнула.
— И что же теперь делать? — спросила простолюдинка.
— Не знаю, — покачала головой девушка. — Я сейчас в таком состоянии, что просто ни о чём не могу думать. Возьми деньги и сходи в аптечную лавку. Купи какого-нибудь средства, чтобы я смогла сегодня ночью уснуть. Может, завтра что-нибудь придумаю?
— Слушаюсь, — сочувственно вздохнула женщина, предложив: — Но, может, вам сначала поесть? Я рыбу приготовила, как вы приказали.
— Хорошо, — согласилась Платина, хотя ей в самом деле кусок в горло не лез.
— Сейчас всё будет готово, — засуетилась Ишиша.
— Не торопись, — вяло махнула рукой хозяйка. — Мне ещё умыться надо. Может, полегче станет?
— Я за водой схожу, — предложила служанка.
— Не нужно, — остановила её Ия. — Я сама.
Принесла воды в сарай, прикрыла дверь, сняла платье, повесив его на вбитый в стену деревянный колышек.
Вопреки ожиданию, холодная вода не вернула ей бодрости.
«Неужели опять придётся волосы обрезать? — с вялой тоской подумала девушка, одеваясь. — Они же только отрастать начали».
Но тут она вспомнила обмотанные тряпками головы соседских слуг. В Кафусё многие простолюдины так ходили. Поэтому вряд ли кто-то обратит внимание, если и она последует данной моде. Осталось только подходящую повязку найти.
Среди белья, подаренного жёнами господина Асано, есть старенькая курточка для сна из мягкого льна. Она настолько застиранная, что белым её цвет можно назвать с большой натяжкой. Вот под такой повязкой Платина и спрячет свои волосы.
Одевшись, Ия вышла из сарая и направилась к столу, где заботливая Ишиша уже расставила посуду.
— Садитесь, госпожа, — с виноватой улыбкой радушно предложила служанка, неловко смахнув слезу уголком передника.
Зажаренная целиком рыбка выглядела очень аппетитно, вот только есть хозяйке по-прежнему совсем не хотелось.
— Кушайте, госпожа, — вновь принялась потчевать её собеседница. — Иначе заболеете.
— Да, — не стала спорить девушка, через силу запихивая в себя политый соусом рис, нарезанные овощи и приготовленную с пряностями рыбу.
От чая она тоже не отказалась, хотя и не почувствовала его вкуса.
Быстренько сполоснув посуду, Ишиша отправилась за лекарством, а Платина, заперев за ней ворота, поспешила в сарай за серебром, именной табличкой и вещичками из своего мира, спрятав всё в спальне под одеялом. Потом отрезала широкую полосу от старой курточки для сна и тоже убрала туда же.
— Вот, госпожа! — женщина продемонстрировала перевязанный верёвочкой бумажный свёрток. — Лавочник велел залить кипятком, дождаться, как остынет, процедить и выпить на ночь. Спать будете спокойно, как малое дитя.
— Хорошо бы, — грустно усмехнулась Ия. — А то я места себе не нахожу. Ничего не могу делать, всё из рук валится.
— Не мудрено, госпожа, — сочувственно покачала головой служанка. — После такого-то. Может, вам сейчас поспать?
— Не хочу, — поморщилась хозяйка.
Собеседница как-то странно замялась, словно что-то решая для себя, и вдруг выпалила, склонившись в глубоком поклоне.
— Простите глупую простолюдинку, госпожа. Только зачем же вы письмо сожгли? Показали бы его господину Асано. Он человек мудрый, может, и посоветовал бы, как спасти вашу репутацию.
— Показывать ему такую мерзость?! — выпалила девушка, скривившись в брезгливой гримасе. — Да я со стыда умру! Нет, я лучше завтра расскажу всё госпоже Асано. Пусть она сама с мужем поговорит, а то мне как-то неудобно.
— С письмом-то всё же лучше было бы, — поджав губы, не удержалась от замечания собеседница.
— Наверное, — вздохнула Платина. — Пойду-ка я и в самом деле полежу, а то что-то голова кружится.
— Отдохните, госпожа, — поддержала её женщина. — Может, и без снадобья уснёте?
— Хорошо бы, — согласилась Ия.
В передней она тихонько достала из шкафа кошелёк с серебром и тоже унесла его в спальню. Разумеется, беглая преступница не смогла даже глаз сомкнуть. В голове роились мрачные мысли, будущее вновь пугало своей неопределённостью. Но отчаяние уже не перерастало в истерику, а вызывало злость, густо сдобренную отчаянным стремлением выбраться и из этой… ямы.
Каких-то особо хитрых способов побега изобретать не стала, намереваясь просто вылезти в окно. Конечно, служанку лучше бы сонным зельем опоить, но девушка так и не смогла придумать, как это сделать? Не силой же ей в рот лить?
— Так и не поспали, госпожа? — с искренней заботой спросила Ишиша, когда хозяйка вышла на сквозную веранду.
