— Фамилии, госпожа Сабуро, дарованы только благородным людям. А тот, кому принадлежала пайза, — обычный простолюдин, сонго из города Тарисакава, что на берегу моря. Откуда-то оттуда и пошла петсора. Но вы скажете, что отец посылал вас с поручением в Хайдаро, поэтому вы и уцелели.
— Понятно, госпожа Сабуро, — мысленно обругав себя за глупость, чуть поклонилась девушка и попросила: — А можно ещё одну пайзу взять. Так, на всякий случай.
— За самозванство с вас сдерут кожу живьём, — усмехнулся младший брат губернатора.
Невольно поёжившись от подобной перспективы, Платина тем не менее нашла в себе силы отшутиться:
— Кожа у меня всё равно одна. И какая разница, за сколько табличек её будут сдирать?
Мажор хмыкнул то ли с насмешкой, то ли с одобрением.
Пожав плечами, женщина протянула ей ещё одну пайзу, ранее принадлежавшую какому-то Худу из Каемана. Как объяснила настоятельница, это уезд недалеко от Тодаё.
Соблазнившись примером соседки по пещере, бывший чиновник по особым поручениям тоже взял ещё одну табличку.
Остальные настоятельница аккуратно сложила в мешочек и убрала в рукав.
— Теперь вам нужно найти новую одежду, дождаться, когда Минок приготовит фургон, и можно отправляться.
— Вы забыли о внешности, господина Нобуро, — напомнила Ия. — Уж очень она приметна.
— Вам не дают покоя мои усы, — с каким-то напряжением хохотнул молодой человек.
— Не только, — покачала головой девушка, сообразив, что у неё появилась возможность слегка сбить спесь с наглого метросексуала. — Не мешало бы вам волосы покрасить.
— Вот ещё! — возмущённо фыркнул собеседник. — Я — не женщина, и не хочу на неё походить!
— Вы, господин Нобуро, как и я, — беглый преступник, — скромно потупив глазки, напомнила пришелица из другого мира. — И собираетесь похитить государственного служащего. А ещё вас обвиняют в убийстве солдат императора.
Младший брат губернатора мрачно засопел, выпятив вперёд нижнюю челюсть.
— Сестра Этсек прекрасно разбирается в травах и снадобьях, — нерешительно пробормотала сестра бывшего начальника уезда, поднимаясь с табурета. — Я с ней поговорю. Может, она знает, как изменить цвет ваших волос?
Поскольку молодой человек промолчал, она заговорила более уверенно:
— А сейчас мне пора. Кушайте. Завтра я приду снова.
— Позвольте мне проводить вас, госпожа Сабуро? — предложила Платина.
Та бросила на неё настороженный взгляд и кивнула, поднимая палку с висевшим на цепи фонарём.
— Хорошо.
Дойдя до входа в тоннель, женщина тихо спросила:
— Вы хотели мне что-то сказать?
— Да, госпожа Сабуро, — подтвердила Ия. — Если нам удастся спасти господина, я не пойду в ваш монастырь.
— Как же тогда вы собираетесь жить дальше? — голос собеседницы чуть дрогнул.
— Пока не знаю, — пожала плечами девушка. — Но вас это уже не касается. Сделайте всё, что вы обещали господину Нобуро, и мы больше ничего друг другу не должны.
Не дожидаясь ответных слов настоятельницы, она поклонилась и направилась к столу, где мрачный, как туча, сосед по пещере расставлял мисочки с угощением.
Варёный рис, соус, маринованный папоротник, квашенная капуста и опять ни мяса, ни рыбы.
Однако бывший чиновник по особым поручениям на этот раз ворчать не стал, а молча жевал, глядя куда-то в одну точку.
Платина помыла освободившуюся посуду, после чего молодой человек погасил начавший изрядно коптить факел, оставив только «дежурное освещение» в виде крошечного, желтоватого язычка пламени, казалось, в неподвижности застывшего на самом кончике фитиля.
Устав от разговоров, Ия немного размялась в темноте и завалилась на тощий матрас.
— Госпожа Сабуро, — прервал её дрёму какой-то непривычно неуверенный голос младшего брата губернатора. — Я собираюсь схватить Андо прямо в его доме!
«Это он что типа со мной советуется?!» — едва не присвистнула от удивления путешественница между мирами. Насколько она успела изучить местные реалии, мужчины здесь принимают решение единолично, тупо ставя женщин перед фактом.
А тут словно интересуются её мнением или, по крайней мере, одобрением. Неужели мажор сомневается в своих гениальных планах? Тогда, возможно, он не так туп, как казалось? Учитывая это, девушка решила отнестись к разговору серьёзно, первым делом спросив:
— Но там же будут его мать и слуги?
— Придётся всех убить, — голос собеседника заметно дрогнул, но тут же вновь сделался надменным и безапелляционным. — Я не желаю их смерти, госпожа Сабуро. Но другого выхода у нас нет. Они начнут кричать, поднимут тревогу. Мы просто не сможем тихо схватить и допросить Андо. И разве вы забыли, что это они написали донос на вашего приёмного отца? Его они ненавидят, а вас считают дикаркой из варварского племени!
