Не дожидаясь, когда он исполнит её просьбу, Платина присела на корточки и достала из-под скамьи свою котомку.
Выскользнув наружу, молодой человек опустил откинутую циновку, и в будке сразу же сделалось темно, почти как в пещере под монастырём «Добродетельного послушания».
Торопясь согреться, Ия, стуча зубами, вывалила на лавку сразу все вещи. Что-то упало на пол, но она не обратила на это внимание, поскольку руки уже нашарили то, что нужно.
Положив рядом свитер, который путешественница между мирами не надевала, дабы не привлекать к себе внимание, девушка принялась на ощупь развязывать стягивавший куртку матерчатый пояс. И тут выяснилось, что, возясь с ослом, она каким-то образом умудрилась его затянуть.
Взвыв от досады, Платина, ломая ногти, вцепилась в отсыревшую ткань. Из глаз брызнули слёзы от прострелившей пальцы боли. Но на какое-то время те вновь обрели чувствительность.
Поддев выступавший кончик, она кое-как развязала пояс и сбросила куртку, рухнувшую на пол с мокрым чавканьем. За ней последовала нижняя рубаха. А вот избавляться от сыроватой грудной повязки Ия не решилась, натянув свитер прямо поверх неё.
Зубы по-прежнему выстукивали барабанную дробь. Опустившись на колени, девушка торопливо нашарила под лавкой свёрнутый кафтан, который не пожелала оставлять в монастыре.
Завернувшись в толстое сукно, она плюхнулась на скамью и, сжавшись в комок, попыталась согреться.
«Совсем как в ту ночь, когда я попала сюда, — дрожа вспоминала девушка. — Пошла в магазин и аптеку, а попала в этот мир».
Но тогда она чудом наткнулась на лесную избушку, где нашла не только сухую одежду, но и печку с дровами. А сейчас согреться никак не получалось. Насквозь промокшие штаны и влажная грудная повязка по-прежнему беспощадно холодили тело.
Шипя и ругаясь себе под нос, Платина подтянула к себе котомку и стала разыскивать нижнее бельё. Никогда ещё в своей жизни ей не приходилось так торопливо переодеваться. Но даже в сухих трусах задница продолжала отчаянно мёрзнуть.
«Как бы цистит не заработать», — не на шутку забеспокоилась Ия, и тут ей под руку попались забытые джинсы.
Не раздумывая, девушка натянула их, мельком отметив, что за прожитое в этом мире время она ни чуть не потолстела. Потом настал черёд местных штанов. Всё-таки не стоит выходить из образа.
— Вы долго ещё? — недовольный голос Рокеро Нобуро заставил её вздрогнуть.
Всё же решив сменить нагрудную повязку, Платина зло огрызнулась:
— Подождёте.
Я не люблю ждать! — рявкнул собеседник.
— А я не люблю мёрзнуть! — отрезала Ия, торопливо запихивая мокрое бельё под лавку.
Она меняла носки, когда, откинув полог, в будку заглянул разъярённый спутник.
— Ну, скоро вы там?!
— Как вам не стыдно, господин Нобуро! — визгливо прикрикнула девушка. — Я же ещё не одета!
— Пока вас дождёшься — до костей промокнешь! — тоже повысил голос собеседник.
— Так мне, значит, можно мокнуть, а вам нельзя?! — ещё сильнее разозлилась приёмная дочь бывшего начальника уезда.
— Да! — зарычал молодой человек. — Потому что я — господин, а ты — слуга! Вы сами согласились на эту роль! Я вас не звал. Не нравится? Можешь идти куда угодно, мне всё равно!
Пришелица из иного мира скрипнула зубами, но промолчала, в душе понимая, что мерзкий метросексуал совершенно прав. Она сама с ним потащилась, тем самым безоговорочно признав его главенство. А значит, нечего теперь пенять.
— Плащ отдайте, — выдохнув, проворчала сквозь зубы Платина.
— Держи! — противно осклабился дворянин, видимо, очень довольный тем, что поставил на место зарвавшуюся девицу.
Выходя из будки, та как бы невзначай толкнула его в бок. Не ожидавший этого губернаторский братец покачнулся и схватился за стенку, чтобы не упасть.
— Простите, господин, — с деланным испугом пискнула Ия, выскакивая наружу.
В ответ раздалось только недовольное шипение.
Дождь заметно поскучнел. С неба падала какая-то мелкая взвесь, среди которой лишь изредка попадались крупные капли.
Измученный страхом и недавней пробежкой ослик стоял, понурив голову, словно рассматривая текущую между грязных копыт воду.
Девушка протёрла доски носовым платком и уселась на это место, расправив полы плаща.
— Ну, поехали, ушастый! — крикнула она, хлестнув его вожжами.
Обиженно вздохнув, животное подалось вперёд, с видимым усилием сдвигая с места тяжёлую повозку.
— Давай, давай! — вновь подбодрила его возница, доступно объяснив: — Чем быстрее доберёмся до Амабу, тем скорее отдохнёшь и поешь.
Собственный желудок тут же недовольно заворчал, и Платина подумала, что ей тоже не мешало бы подкрепиться.
В том, что её спутник предпочёл не вылазить из будки, нашлись и положительные моменты.
Когда Ию потянуло избавиться от лишней воды в организме, ей не пришлось лазить по мокрым кустам.
Сделав свои дела прямо на дороге, она быстро догнала неторопливо катившую повозку и ещё раз легонько подстегнула ослика.
Когда впереди показались знакомые ворота Амабу, небо заметно посветлело, а крупные капли падали всё реже. Тем не менее плащ промок насквозь, и на плечах влага уже начала пропитывать кафтан.
