В доказательство последнего утверждения она сытно рыгнула, прикрыв рот ладошкой.
— Так ты не знаешь? — удивился хозяин постоялого двора и, увидев утвердительный кивок, чуть понизил голос. — Про «стену мечей» слышал?
— Ещё бы! — криво усмехнулась приёмная дочь бывшего начальника уезда. — Из-за неё я и разорился.
Пропустив слова постояльца мимо ушей, мужчина зло рыкнул:
— Вот после неё по нашей дороге ходить и перестали! Осенью по нашей дороге люди шли, от петсоры спасаясь, а солдаты их из луков перестреляли. Народу побили без счёта!
Проморгавшись, он мазнул по заблестевшим глазам тыльной стороной ладони и сокрушённо покачал головой.
— И никого не похоронили, как положено по обычаям, а просто сожгли, чтобы демонов петсоры огнём истребить. Потом-то, конечно, солдаты кости собрали, закопали, чиновники обряд поминовения провели. Святилище Бандру, хранителю кладбищ, поставили. Моления по праздникам проводят. Да только говорят, души те до сих пор не успокоились, и злые, голодные призраки по тем местам ходят. На людей нападают, убивают и кровь пьют. Врут, наверное. Но купцы теперь стараются здесь не ездить, носильщики тоже другими путями стали ходить. Им боязно, а мне сплошной убыток и разорение!
Платина уже слышала эту историю, правда, в несколько иной редакции, но она и тогда её не испугала, не вызвав каких-то особых страхов в душе.
Выросшую на голливудских фильмах о зомби-апокалипсисах и прочих ходячих мертвецах, пришелицу из иного мира было весьма трудно смутить подобными наивными рассказами. Вот если бы она лично повстречалась с армией нежити, то, возможно, это её бы и впечатлило, а бесхитростные истории о каких-то неупокоённых упырях просто прошли мимо ушей, отпечатавшись в памяти лишь мимоходом.
Видимо, почувствовав равнодушие гостя, хозяин постоялого двора резко сменил тему, с надеждой поинтересовавшись:
— Комнату снимешь?
— А сколько возьмёшь? — вопросом на вопрос ответила Ия и, услышав цену, устало рассмеялась. — Я же не месяц у тебя жить собираюсь, почтенный. Мне бы только переночевать в тепле и под крышей.
— Тогда спи в зале, — с нескрываемым огорчением проворчал собеседник, пожимая плечами. — Всего лян возьму.
— А одеяло дашь? — с надеждой спросила девушка.
— Ещё один лян, — сообщил мужик.
— Согласен, — вздохнула Платина, напомнив: — Я просил чаю.
— Сейчас, — заверил Гушак, поднимаясь с табурета, и вдруг замер.
Ия тоже прислушалась.
Шагнув к окну, владелец заведения широко распахнул створки.
При бледном свете сумерек во всё ещё гостеприимно распахнутые ворота въехали два всадника в шёлковых халатах и широкополых шляпах, а за ними больший, запряжённый мулом фургон.
— Кчин! — во всю глотку рявкнул хозяин постоялого двора, бросаясь к двери. — Кчин!
Из ведущего на кухню прохода выскочил всклокоченный парнишка лет четырнадцати в грязном фартуке поверх серой, застиранной курточки для сна.
— Чего, отец?!
— Скажи матери, пусть принесёт ему фамасского чаю! — остановившись в дверях, крикнул мужчина, указывая в сторону переодетой девушки. — И возьмёт у него деньги за ужин. А я гостей встречать! Сегодня у нас удачный день!
— Ещё кто-то приехал?! — обрадовался отпрыск, но папаша уже выскочил во двор, бегом промчавшись по каменным ступенькам.
Приёмная дочь бывшего начальника уезда тяжело вздохнула. Она уже надеялась, получив обещанное одеяло, забиться куда-нибудь в уголок и спокойно поспать. А теперь придётся ждать, пока угомонятся заявившиеся дворяне.
Но платить за комнату всё равно не хотелось категорически. Прижимистое пупырчатое земноводное прямо-таки взвыло дурным голосом, напомнив путешественнице между мирами, что она пока лишь тратит деньги, и ещё неизвестно, когда будет их зарабатывать.
Не удержавшись от любопытства, Платина осторожно выглянула в окно.
Новые постояльцы ловко и почти синхронно соскочили на землю. При этом в руке одного из них оказался упрятанный в ножны прямой меч, до этого висевший на луке седла.
Возница взял мула под уздцы, а из фургона выбрался ещё один простолюдин средних лет в кафтане вроде того, что носила сама Ия, только поновее и гораздо чище.
Беспрестанно кланяясь, Гушак поприветствовал дорогих гостей.
Дворянин, выглядевший постарше, с тщательно выбритым, морщинистым лицом недовольно поинтересовался, почему во дворе так пустынно? И не дожидаясь ответа, усомнился в том, что собеседник способен обеспечить им достойный приём в своём заведении.
Тот почтительно, но твёрдо возразил, сославшись на многолетний опыт обслуживания путешественников, и клятвенно пообещал приложить максимальные усилия, чтобы сделать пребывание благородных господ под его крышей приятным и необременительным. Но просил дать ему для этого совсем немного времени, которое дорогие гости могут провести за чаем и сладкими закусками.
В ответ на столь цветистое заявление молодой дворянин с аккуратными усиками и бородкой, как у киношных мушкетёров, со смехом сообщил, что если им здесь понравится, они могут и задержаться на несколько дней.
