Он понимает, что к нему кто-то подошел. Открыв глаза, он видит, что Кэти вернулась. Она смотрит на него сверху вниз, сложив мясистые руки на большой груди.
– Ну, пошел.
Леннокс проводит рукой по волосам. Тот голос в его голове: его собственный, но и чужой. Он все время становится более настойчивым, более тревожным. Он все чаще его слышит, и не только во сне.
– Ты когда обратно? – спрашивает он Кэти. – Тебе есть где остановиться?
– Мне ни хрена от тебя не нужно, Рэй Леннокс, и, видит Бог, я бы хотела, чтобы и Лес чувствовал то же самое, – шипит она, сверля его злым, прищуренным взглядом. — – Знаешь, что самое обидное? Он, блин, тебя просто боготворит. Он не верит, что ты его подставил!
– Я его не подставлял, я уже говорил, я только...
– Иди, он тебя ждет, – бросает она с искаженным лицом и поворачивается, чтобы уйти.
Он поднимается, идет за Кэти к двери. Она останавливается, оглядываясь на него через плечо. Леннокс пытается использовать момент.
– Я его точно вытащу!
– Ага, как же, – шипит она и потом бросает: – Иди на хрен, Леннокс!
После ухода Кэти все смотрят на него. Посетители и охранники, похоже, объединились в молчаливом злобном отвращении. Потрясенный, Леннокс неуверенно делает полшага вперед, немного спотыкаясь, а потом следует за группой людей в комнату для свиданий, где садится за стол напротив Леса Броуди.
Опыт работы в полиции научил Леннокса, что люди реагируют на аресты и тюремное заключение непредсказуемо и совершенно по-разному. Черты лица Леса уже кажутся более резкими, а агрессивность делает его челюсть еще более выдающейся. Леннокс понимает, что его друг с легкостью превратился в сурового уголовника.
– Я ни о чем не жалею, Рэйми, – натянуто произносит он. – Мне здесь не нравится, да, но я бы снова это сделал, – Глаза у него горят. – Это был он, Рэймонд. Он был одной из тех тварей в туннеле! Ты-то знаешь!
– Не уверен, Лес, – Леннокс, глядя на суровое лицо охранника со накачанной шеей, поеживается от мерзкой извиняющейся нотки в собственном голосе. – У меня было какое-то предчувствие. Я хотел убедиться, что ты тоже так подумаешь. Я не думал, что ты так поступишь, друг. Думал, может, мы вместе все это разрулим.
Лес смотрит на него с мрачным выражением лица.
– Не волнуйся, я, блин, все равно рад, – и Леннокс понимает, что он все еще в ярости. Его кулаки крепко сжимаются. – Это был он, Рэйми, – повторяет он.
– Который из них, Лес? Их же трое было. Который из них... ну, ты понимаешь...?
Лес Броуди внезапно как-то сжимается, опуская плечи. Цвет его кожи меняется с красного на болезненный, грязновато-серый. Повисает молчание. Потом Лес поднимает глаза и тихо произносит:
– Он там был, Рэйми.
– Я, блин, тебя отсюда вытащу, Лес, – и он оглядывает похожий на пещеру зал свиданий, прежде чем снова посмотреть на друга. – Этот южноафриканский юрист вовсю занимается твоим делом, – заявляет он, борясь с собой, чтобы не упомянуть, что Кардингуорт, возможно, даже не будет выдвигать обвинения.
– Знаю, друг, что вытащишь, – Голос Леса внезапно становится неуверенным и жалобным.
Затем его приятель-заключенный вздрагивает от пронзительного звонка, возвещающего об окончании часа посещений. Взгляд его тускнеет и затуманивается. Под показной бравадой Лес до смерти напуган. И на то, думает Леннокс, есть веские причины: порезать лицо богатому бизнесмену совсем не то же самое, что врезать такому же отморозку на футболе. И если убрать преувеличения из газетной заметки, то до сих пор весь криминальный послужной список Леса Броуди к этому и сводился. Хуже того, размышляет он, Лес сохраняет опасную веру в человека, который, вместе с голосом Кардингуорта в их головах, помог упрятать его в эту тюрьму.
Он покидает Леса и тюрьму Льюис. Смотрит на людей, стоящих на остановке возле парковки. С облегчением забираясь в "Альфа-Ромео", он включает подогрев.
Он проверяет почту: одно письмо от Милисенты Фрисон, в котором сообщается, что у него есть возможность посмотреть один документ с зашифрованного сервера. Он впечатлен тем, как быстро она среагировала, при этом сохраняя максимальную осторожность. Загрузить файл невозможно, и через час он будет удален, причем прошло уже сорок семь минут.
– Вот блин, – Леннокс спешит открыть документ и сделать скриншот.
Там всего одна страница, и вот что на ней написано:
Гэвин Картер (14) Джули и Клайв Уилкинс (17 августа 1984)
Томас Миллингтон (12) Марша и Кеннет Уэйд (25 декабря 1986)
Росс Прайор (9) Джули Ноулз (13 февраля 1989)
Маршалл Дилейни (13) Петра и Алан Кросби (20 марта 1997)
Джейсон МакКэйб (11) Кэрли Рейнольдс (4 сентября 2005)
