Несмотря на голод и страдания, нас никогда не покидало желание жить, особенно жить жизнью Торы и выполнения заповедей Б-га. Мы были преданы этому и выживали. Рискуя жизнью, каждый в гетто делал все, что мог, чтобы поддерживать духовную жизнь и священный свет наших традиций. Все время мы стремились выполнять как можно больше законов Торы и следовать традициям наших отцов, потому что знали - выполнение мицв (заповедей) больше, чем что бы то ни было, обещало, что немецкому врагу не удастся уничтожить под небом Г-спода священный еврейский народ.
Проклятые немцы, чтобы сокрушить наш дух, завели обычай во время праздников особенно сильно издеваться над нами. На пост 9 Ава (день, когда дважды был разрушен Храм - в 3338 - 422 г. до н.э. и в 3828 - 68 г. н.э.) они особенно постарались нас унизить. В ситуации номер 40 я описал, как они поступили с нами вечером 9 Ава в синагоге - как они избили нас, а потом выгнали в ночную смену для рабского труда.
В тот раз мне задали следующий вопрос. Поскольку велика вероятность того, что немцы вернутся в гетто утром 9 Ава, чтобы схватить побольше евреев для рабского труда, как они уже сделали той ночью, можно ли евреям, встав рано утром для Шахарит, утренней молитвы, надеть талит (большое одеяние с четырьмя углами, которое обычно надевают во время молитвы) и тфилин (филактерии, одеваются на голову и на руку во исполнение предписаний, изложенных в Исход 13:9 и 16 и Второзаконие 6:8 и 11:18), если учесть, что в Галахе сказано надевать 9 Ава талит и тфилин не на Шахарит, а только на Минху, послеполуденную молитву. Они боялись, что под жестоким надзором немцев они в течение всего дня не смогут выполнить мицву надевания талита и тфилин.
Ответ
Поскольку из-за страха повторения "акции" не было возможности в течение всего дня надевать талит и тфилин, я решил, что можно согласиться с кодификаторами, считавшими, что 9 Ава можно надевать и носить талит и тфилин на Шахарит. Хотя обычно мы не следуем этим кодификаторам, перед лицом такого зла я вынес решение, что люди могут положиться и на них, в особенности потому, что желание выполнить мицву в такое трудное время было столь сильным.
58. Может ли еврей написать буквы R.C., что означает "римский католик", в своем паспорте
Вопрос
Среди узников гетто Ковно были немецкие евреи, высланные гитлеровским режимом из Германии. Одним из них был обладатель немецкого паспорта, выпущенного тогда, когда национальность в паспортах еще не указывалась, и чье имя было абсолютно не еврейским.
Поскольку жизнь узников гетто становилась все труднее, и новые указы появлялись ежедневно, этот человек решил бежать, надеясь, что он сможет спрятаться среди не-евреев, поскольку ни внешность, ни имя не выдавали его принадлежности к евреям. Он задал следующий вопрос: для того, чтобы обман был полным, он мог написать в паспорте две буквы "R.C." в знак того, что обладатель этого паспорта является римским католиком. Таким образом, любой проверяющий будет убежден, что он не еврей по рождению. Поскольку добавление этих двух букв может оказаться признанием не Б-га евреев, а другого, он хотел знать, запрещено это или нет.
Ответ
Я вынес решение, что он может написать буквы "R.C.", поскольку, хотя не-евреи будут думать, что это означает "римский католик", он волен иметь в виду какое-нибудь еврейское значение этих двух букв. Неважно, как не-евреи их истолкуют.
59. Приветствование собратьев-евреев с непокрытой головой
Вопрос
Перед тем, как еврейских работников уводили на работу, немцы обычно строили их для пересчета по головам - чтобы убедиться, что взято надлежащее количество рабов. Во время этой проверки, которую называли "аппель", рабочим было приказано стоять с непокрытой головой и им - чтобы подчеркнуть, что в глазах немцев они не люди - было запрещено здороваться с немецкими охранниками. В результате рабочие были очень осторожны во время переклички и старались не приветствовать своих собратьев-евреев, поскольку немцы могли подумать, что они здороваются с кем-то из охранников.
Проводя занятия в группе Тиферет Бакурим, я объяснял, что все мы отвечаем за дух собратьев-евреев и что мы никогда не должны позволять ужасам гетто сломить нас. Потому что, да не допустит этого Г-сподь, если мы впадем в уныние, мы облегчим отвратительным немцам работу. Они хотят, чтобы мы перестали считать себя людьми, и готовы сделать что угодно, чтобы сломить нашу веру в Вечного Б-га Израиля.
Одним из способов неповиновения немцам было самоуважение, ибо это усложняло им наше уничтожение. Что-нибудь совсем простое, как, например, приветствие одного еврея другим, могло укрепить наш надломленный дух и помочь нам чувствовать себя живыми, а не обессиленно-апатично принимать страдания.
Поэтому мы решили говорить "Шалом" всякий раз, когда видели друг друга: это слово немцы, вероятнее всего, не стали бы рассматривать как приветствие, ибо они не знали его смысла.