Перенаселенность гетто Ковно была невообразимой. На маленькой территории гетто жило примерно 30.000 человек, и количество обитателей в каждой комнате было выше всякой разумной меры. Всем было неудобно, потому что там было слишком тесно. Конечно, грязь была ужасающей, а санитарные условия - отвратительными. Основной причиной грязи и зловония была нехватка одежды. Узники гетто по большей части имели только один комплект одежды, чтобы укрыть свое тело. Не было даже нижнего белья, и в лучшем случае у человека была только одна рубашка. Не было возможности сменить ее. Не было и мыла, чтобы постирать одежду.
Третья египетская казнь свирепствовала во всем гетто. Вши плодились как... вши! Они ползали по людям и заползали к ним под одежду. Нигде в гетто не было веществ, пригодных для мытья или стирки одежды, а также для уничтожения этих насекомых. Из-за постоянного чесания кожа людей была покрыта болячками и люди очень сильно страдали.
У обитателей гетто была одна отдушина. Это была баня, которую немцы разрешили открыть. Там была специальная комната, где было так жарко, что это убивало насекомых в одежде. Моющиеся в бане получали так мало жидкого мыла, что его с трудом хватало на мытье тела и ничего не оставалось для стирки одежды. И не было другого места, где они могли бы постирать одежду. Была только камера для прожарки, для уничтожения вшей, куда пришедшие мыться клали свою одежду.
Баня была особенно важна больным и слабым. Немцы не считали ни болезнь, ни слабость уважительной причиной для освобождения от работы, но если кому-то подходила очередь идти в центр дезинсекции, о чем он заранее получал извещение, то его освобождали от работы.
Я, пишущий этот текст, был служащим в этой бане, и я с большой радостью выполнял эту работу, делая все как можно лучше и прилагая все усилия к тому, чтобы достать достаточно дров и чтобы прожарочная хорошо работала. Я стремился обеспечить узникам возможность избавиться от грязи и вони, появлявшихся из-за отсутствия надлежащих санитарных условий в гетто, чтобы мытье придало силы их слабым телам. Таким образом, я делал вклад в то, чтобы их страдания были хоть как-то переносимы, и в поднятие их духа.
Не однажды великий гаон (выдающийся знаток и толкователь Закона) и цадик (праведник) Иегошуа Левинсон - да отомстит Г-сподь за него, - внук Хофец Хаима и директор ешивы в Радуне, который был один в ковненском гетто, поскольку его семья осталась в Радуне, говорил мне: "Я завидую тебе, потому что это большая мицва - то, что ты делаешь. Мытье в бане освежает нас и вселяет в меня желание жить и увидеть, в качестве награды, утешение еврейского народа и падение проклятых немцев."
Я, как управляющий баней, держал ее закрытой в субботы и праздники, а также зимой в пятницу и дни перед праздниками. Глава совета старейшин, доктор Эльхонон Элькис, предупреждал меня, что моя жизнь в опасности, поскольку немцы могут узнать, что я держу баню закрытой в субботы и праздники без их официального разрешения. Он также предложил мне другую работу. "Почему ты настаиваешь на такой убогой работе смотрителя бани, это неприлично для раввина, кроме того, ты рискуешь жизнью, когда держишь баню закрытой в субботы и еврейские праздники", - говорил он.
Я объяснил ему, что мне приятна эта работа, что я считал честью возможность помочь евреям избавиться от грязи и улучшить их санитарное состояние. Другим важным аспектом этой работы было то, что она позволяла мне помогать людям, сбежавшим из Девятого форта.
В девятом форте еврейские работники-рабы должны были сжигать в больших рвах тела евреев, убитых немцами. (Я это подробно описал в книге "Гибель литовского еврейства".) Рабы, которые выполняли эту ужасную работу, очень хорошо понимали, что немцы, систематически уничтожая все следы и все свидетельства этого геноцида, и их тоже уничтожат. Эти несчастные люди пользовались любой возможностью, чтобы бежать из Девятого форта в гетто. К сожалению, их одежды пропитывались трупным запахом, потому что они должны были носить тела голыми руками. Как только они попадали в гетто, они шли в баню, где они могли помыться и избавиться от запаха, въевшегося в кожу и волосы. Однако с одеждой ничего нельзя было сделать, и ее просто сжигали в топке бани. После того, как они немного отдыхали в гетто, они пытались бежать в леса, чтобы распространить информацию о том, что проклятые немцы делали с евреями в Девятом форте.
Один из немецких убийц, Филгросс - да будет его имя стерто - пришел проверить баню и обнаружил, что она закрыта в субботу. Он спросил: "Почему баня закрыта сегодня? Где человек, ответственный за нее?"