— Кто-то должен был это сделать, в этот раз это была я. — пожал плечами Евгений.
— Помнишь, тогда, после танцев, ты меня ударила сильно. — спросил Слава, второй рукой потирая грудь. — Я думал, что мне показалось, а сейчас не уверен. Ответь мне, только честно, ты ведь сдержала себя, с трудом, но сдержала? Ты хотела тогда меня убить, и, если бы тебя что-то не остановило, ты убила бы меня, тот удар стал бы смертельным, так?
Он задумался, закрыл глаза, но руку Славы не выпустил. Что ответить — вот в чём главный вопрос. Если сейчас сказать что-то неправильно — это могло всё изменить, и в его жизни, и в жизни этого человека.
Соврать легко, но делать этого не хотелось.
— Да, всё так. — решилась Женя, и зажмурилась.
Почему-то по лицу текли слёзы. Она ждала, что парень отпустит руку, бросит её, ударит по лицу, обидно обозвав. Но секунды шли, и ничего не происходило, их ладони лежали друг в друге. Жене почему-то было очень важно, чтобы он не отпустил, не бросил, и она сама не понимала, зачем.
Почему для неё так важно было мнение этого человека?
Почему она вдруг пытается его понять, и из-за этого её картина мира рушится?
Почему?!
Она не должна была брать этого нескладного парня с собой. Они должны были выкинуть его из машины, и сами отправиться на это грязное дело. Но она думала только о себе, своих желаниях, и не стала этого делать. Внутри что-то сжигало всё, вызывая невыносимую и тянущую боль в сердце.
— Прости меня. — сказал наконец Слава. — Я не хотел, прости.
Женя почувствовала, как чья-то рука нежно стирает слезинки со щёк. Губы парня покрывали лицо девушки поцелуями, он забирал её слёзы с каждым прикосновением, и шептал:
— Я люблю тебя, Жень, прости меня, только не плачь больше, пожалуйста…
Было больно и обидно, она не знала, что ему ответить. Она не знала — что такое любить, быть любимой, что-то чувствовать. Могло быть так — что она тоже любит, но просто не понимает этого. Новые слёзы всё текли из глаз, и Женя уже рыдала вслух, совершенно не понимая нахлынувших на неё чувств, которые просто сжигали всё внутри.
Её мир, установки что вбивали последние пару лет, всё рушилось, и она не знала, как жить дальше, на что ориентироваться.
— Я с тобой, я удержу, не плачь. — Слава притянул девушку к себе, прижал, положил её голову на свою грудь, стал гладить мокрые длинные волосы и шептать: — Я сильный, прости меня, я всё сделаю, ты такая хрупкая, я просто не знал, не понимал, только не плач…
Машина уносилась вперёд, по почти пустой трассе, огибая город и готовясь в него вернутся. В ней сидели трое людей, которые за сегодняшнюю ночь изменились, что-то потеряли, что-то приобрели, но сами ещё не понимали этого.
***
После того как обратно сменили номера, они поднялись на этаж и вошли в квартиру. Все прошли на кухню, не разуваясь. Сумки оставили в коридоре, а початая бутылка заняла место на столе. Павел сразу же свинтил крышку и сделал большой глоток, протянул Славе.
— Я не хочу, мне ещё домой. — покачал тот головой.
— Останься. — попросила Женя.
— Мне нужно подумать, побыть одному, я завтра зайду за тобой. — он еле-заметно улыбнулся.
— Куда это ты собрался? — Павел подозрительно посмотрел на школьника.
Евгения заметила, что он положил руку на ручку пистолета, которая торчала у него из штанов.
— Домой, мне нужно… — начал было парень, но Павел прервал его криком:
— Да он нас сдаст!
Пистолет был уже в его руке, но ещё не направлен в сторону Славы. Женя одним движением выхватила оружие, направила в голову следователя, зарычала:
— Проспись, придурок!
Слава так и стоял сзади, опустив плечи и наблюдая за этой картиной. Было в его глазах что-то, и это был не страх, не злость, а скорее жалость. К обоим, не только к девушке.
— Иди домой, всё нормально. — уронила Женя, не отпуская пистолет.
Он не поцеловал её, лишь сзади хлопнула дверь, от этого было грустно на душе. Павел устало сел на стол, не обращая внимания на наведённый в его сторону ствол. Он взял бутылку и отхлебнул ещё, сказал:
— Ты же видела, в каком он состоянии, он сейчас придёт домой и всё расскажет матери.
— Плевать. — Женя бросила оружие на стол, глотнула ещё обжигающего напитка. — Ты урод неблагодарный, этот человек рисковал жизнью ради тебя, а ты его убить хотел. Меня может тоже захочешь прикончить в конце пути?
— Он рисковал ради тебя, а меня он сдаст с потрохами! — закричал полицейский, вскакивая. — Тебя прикончить, как же, для тебя чужая жизнь — как в магазин за сигаретами сходить, ты вообще не считаешь тех, кого отправляешь на тот свет — это мне надо бояться!
— Если бы не твои похождения, мне бы никого не пришлось убивать!
— Ну да, и с Вагизом бы просто договорилась! — зло рассмеялся Павел, толкая Женю в плечо. — Кто ты, Женя Соколова, кто тебя учил, чем ты занималась, откуда ты вообще взялась?!
— Ах ты козёл!
Выпитый алкоголь мешал думать, в душе поселилась ненависть и гнев. Женя набросилась на следователя, но не тут-то было — он тоже где-то обучался, и легко отбил первые пару ударов, заехал ей по рёбрам и оттолкнул от себя.
— Сволочь неблагодарная! — закричала девушка, бросаясь вперёд.
