– Оставь старик свои мудрости для детей. Я не дура, чтобы убиваться в конец. И потом, я всегда уважаю и ценю труд людей. А в моё исцеление вложено многое, – и, чтобы резко закончить эту лирику, она перешла к делу. – Когда выходить будем? Лучше с этим не затягивать, чтобы по тёплой осени в Столицу попасть.
– А чего вы все на меня смотрите?! – огрызнулся Серый. – Я-то что?! Готов всегда. Схожу, поссу и можем выходить, – он приблизился к проводнице и звучно втянул носом её воздух. – С этой тёткой можно далеко и быстро идти. Вот только там договариваться я ни с кем не буду. Пусть ещё кто-нибудь идёт, только сильного давайте, чтобы тащить не пришлось.
– Игорь пойдёт, – утвердил Олег. – Можешь ещё одного на своё усмотрение взять.
– Блядь! – ругнулся Серый. – Давай пол деревни сразу бери. Чего башку пинать?
– Серый, если что, ты назад мешки с товаром потащишь? – спросил Игорь.
– Чё?! Нахрен мне это надо!
– Отвечать не нужно было. Знаем.
– Возьмите Топтуна, – сказал Сергеич.
– Это который из этих, что-ли?! – хмыкнул Денис. – Из сдавшихся? Самый жадный который?
– Не жадный, а хозяйственный, – поправил старик. – А сдались они не от того, что погибнуть боялись, а от того, что войны не хотели.
– А это тоже самое.
– Хм. А ведь эта его хозяйственность будет там кстати, – закончил споры Бурый. – Убедить его пойти сможешь, Сергеич?
– Думаю смогу. Мужик хоть и упрямый, но не дурак.
Спустя пару недель с тех пор, как шесть человек ушли на запад, люди поуспокоились и всё реже возвращались к теме возможных новых отношений с другими выжившими далеко за пределами известного.
– Лизка, что делать-то? – громко спросила крупная девушка, забегая в теплицу с овощами, и увидев подругу, зарыдала, закрывая лицо. – Что будет?!
– Верка, ты чего?! – подхватила подругу девица раза в полтора меньше той во всех размерах. – Что случилось?! Тише. Успокойся.
– Ой, всё. Я же и не знаю как теперь! – она в отчаянном страхе вертела головой, явно ожидая преследования – Лизка мне хана. Спрячь меня!
– Ну конечно, пойдём, – она повлекла её в самый разросшийся уголок помидор. – Всё. Всё. Успокойся. Что случилось-то?
– Меня убьют сегодня! – Вера всегда была очень сильной и волевой девушкой от природы, и потому такое поведение было очень неожиданным для подруги. – Ох, дура я дура….
– А меня тоже будут убивать?! – Лиза совсем не понимала, о чём та говорила, но эмоционально заразилась истерикой. – Ужас! Давай спрячемся здесь. Мужики в теплицы совсем не заходят, а ночью убежим.
– Ты чё, дура?! – удивилась ответу та и тут же прекратила собственную истерику. – Тебя-то зачем?! Ты что, тоже беременна?!
– Я? – панически перебирая события в памяти, Лиза заметно побледнела. – Меня Васька Гусёк в губы целовал и крепко обнимал. Но не туда же ж, – тут она задумалась чуток и в полголоса добавила, – хотя, я в обморок после отошла…
– Это тогда, что ли? – Верка сменила истеричку на психолога. – Когда за рекой мы, что ли, у Братьев Илюшкиных день рожденья справляли?
– Угу, – она виновато опустила глаза.
– Даже если и так, то у тебя ещё не понятно будет. Месяц же не прошёл?
– Ну да, – обрадовалась та и тут же вернулась к первой теме. – А ты беременная, что ли? Это этот длинный?! Кошмар!
– Какой длинный?! А не. Этот вообще даже… – вспомнив что-то, коротко улыбнулась Вера. – У меня до этого ещё.
– А тогда кто?! – замерла в ожидании Лиза.
– В том-то и ужас, Лизка, – цокнула языком та. – В том-то и ужас.
– Ах! – она решила предположить самое ужасное на этот момент. – Это Игорь?!
– Да ну, ты чего?! Где я и где он? Бери круче.
– Бурый!? – она, сама не ожидав, что скажет вслух, тут же закрыла свой рот ладонями.
– Тфу! Ну что ты несёшь, дура?!
– Я вообще не понимаю, – Лиза так удивлённо и с любопытством смотрела в глаза подруги, что Вера сама пожалела о том, что сразу не сказала прямо.
– Серый. Первый раз я сама к нему, ещё в походе том. А потом ещё, я к нему на северный кордон сама ходила.
– Ишь ты, Любовь, – Лизка, восхищаясь, стерла свои слёзы.
– Ты чё?! Какая любовь?! Я трахаться хотела и всё.
– Ну да, – не обращая внимания на аргументы, продолжила восхищаться счастью подруги Лиза. – И сама пошла к нему на кордон. Эх, где ж моё счастье?
– Ты закон-то слыхала сейчас какой? – подруга впилась взглядом. – Яйца открутит тем, кто забеременеет!
– Так твои яйца уже как две недели в походе, – девушка сама удивилась простоте решения. – Крутить-то некому. А покуда вернётся, так и забудется опала Бурого. А то может и не вернётся вовсе, так совсем пройдёт тогда. Тебе и переживать не нужно.
– Как? Почему не нужно?! – она, как человек новый в этой общине, совсем растерялась. – А со мной-то, что будет?!
– Да ничего. Родишь, да и расти дитё, – она подумала чуток и добавила. – Хорошо, если девчонка будет, сама одна вырастишь. Мальчишке дядьку искать нужно будет. Но у нас найдутся порядочные. Не переживай.
– В смысле?! Я одна, что ли, буду?!
– Ну, если Серый вернётся, то нет. И то, если признает своего ребятёнка.
– А я сейчас пойду и дам первому попавшемуся. Пусть потом решают да узнают.
