– Мистер Коуу…Куолман, – он смотрит на прямоугольник экрана, затем резко отрывает голову, – был запрос на перевод Вашей сестры в центральный медицинский комплекс.
– От кого?
– От начальника службы безопасности Плазмиды.
– Что? А ему что от неё надо.
– Это мне неизвестно, – он пожимает плечами. – Вы даёте добро?
В испуганном взгляде Раварты я читаю, что что-то не так.
– Я подумаю…Можно?
– Но желательно ответ дать сегодня, чтобы мы знали, какую тактику терапии избрать.
– А вы сможете здесь её вылечить? – спрашивая я.
Сжав губы, доктор, смотрит на Никсу, затем на меня и глубоко втягивает воздух.
– Всё реально, если не дёргать её туда-сюда. Случай сложный, но мы выводили из комы и не таких.
– Хорошо.
– Я пока оставлю вас наедине с сестрой. А там вы уже определитесь.
Доктор покидает палату. Я кидаюсь к кровати с сестрой. Встаю на колени перед кроватью, беру её руку, свободную от трубок, и прижимая к губам, целую.
Раварта подходит ко мне и кладёт руки на плечи. Я пересаживаюсь на кровать и начинаю разговаривать с Никсой. Её щёки ввалились, под глазами проявились бледно-сиреневые круги. Под тонкой кожей едва заметно пульсируют голубые венки.
– Я не успел осуществить задуманное, – говорю я, давясь комком слёз.
– Не вини себя, – произносит Раварта, садясь рядом со мной, – Ты сделал всё, что смог. И ты не знал, что она в таком состоянии…
Некоторое время мы сидим и молчим. Тишину нарушает сигнал коммуникатора коммуникатора Раварты. Ей тоже кто-то звонит? Когда она достаёт его из кармана шорт, я успеваю заметить на экране, что это Тод. Он быстро проговаривает что-то и разговор прекращается.
– Нас выследили, – произносит она, оглядываясь на окно, расположенное рядом с второй кроватью и массивным шкафом с приборами.
За стеной по коридору клацают каблуки тяжёлых ботинок. Раварта вскакивает и тащит меня к шкафу. Обогнув кровать, мы едва не врезаемся в тумбу, но успеваем нырнуть за неё, прежде чем дверь открывается.
– Парень с девчонкой должны быть где-то здесь! – слышен мужской, почти безэмоциональный голос.
– Может, они уже ушли? – звучит вопрос от второго.
– Это вряд ли. Наверное, уже сбежали или прячутся где-то в больнице.
Моё сердце начинает колотиться. Они сейчас начнут обыскивать палату и наткнутся на нас. Скорее всего они вооружены, а у нас только один пистолет на двоих. Успеет ли Раварта прикончить их обоих? В этот же момент мне становится жутко от собственных мыслей: я рассуждаю как убийца.
– Да, наверное. Но у нас нет времени за ними бегать. Надо доставить девчонку к нам.
– Нет, мы не будем этого делать, – звучит сухой голос без эмоций.
– Почему?
– Потому что везти полуживую девчонку хлопотно, – голос словно становится сипловатым и свистящим, как у змеи. – Доктора не отдадут её без разрешения мальчишки или его матери.
Я выглядываю из-за тумбы и мои глаза расширяются от удивления, когда я узнаю того самого незнакомца с ледяным взглядом. На этот раз он одет в тёмный пиджак, как и его более худой товарищ.
– И что нам делать?
– Тебе нужна лишняя возня?
– Нет.
– Мы инсценируем её смерть. – Он достаёт ампулу со светло-оранжевой жидкостью из кармана пиджака и протягивает напарнику – светловолосому молодому мужчине лет тридцати пяти. – Держи, сейчас вкапаем, сердце остановится, и вопрос решён.
Я перевожу взгляд на Раварту и она моментально понимает, что я хочу сделать. Сам не понимая, как я выпрыгиваю из-за тумбы прямо на кровать и кидаюсь с неё на сидящего рядом с Никсой человека с ледяными газами.
Не медля, его напарник втыкает ампулу с остриём на конце в руку Никсы. Я смотрю как яд стекает в вену под бледной кожей. Я получаю удар локтём в грудь, но не отпускаю незнакомца. Мы заваливаемся на пол. Раварта выскакивает из-за кровати и стреляет в его напарника. Тот успевает вытащить пистолет, но не успевает его использовать. Мы катаемся по полу.
Раварта целится то в меня, то в незнакомца. Я пытаюсь развернуть его над собой, чтобы подставить его спину под пулю, но всякий раз он успевает перевернуться. Раварта подбегает к Никсе и вытаскивает почти уже пустую ампулу с иглой. Незнакомец забился под кровать и держит меня за воротник рубашки. Я дотягиваюсь зубами до его руки и кусаю до крови. Он разжимает пальцы, и я отскакиваю от кровати. Раварта моментально пригибается и выпускает под кровать несколько пуль. Шорохи стихают, и по полу растекается ручеёк багряной жидкости.
Я прилипаю к Никсе и хватаю её руку, чтобы прощупать пульс. Его нет. На экране сердцебиения по нулям. Я пытаюсь делать ей искусственное дыхание, реанимировать сердце, хотя и понимаю, что это уже бессмысленно. Моя сестра мертва.
Это не тот яд, что подсыпал мне в воду Дилан. Их яд убивает моментально. Я продолжаю давить ей на грудь, в попытках запустить сердце, слышу хруст её истончившихся рёбер.
– Трэй, угомонись! – кричит мне откуда-то сбоку Раварта.
