– А что так? Вам совсем неинтересно узнать, что там в главном здании корпорации? – голос Раварты звучит непривычно холодно и иронично.
– Ну нет, просто мы хотели пойти совей дорогой, – начинает оправдываться Левия.
– Да, зачем ты вообще ей что-то обясяешься! – взрывается Хенрик. – Не видишь, что она сама себе на уме! Считает себя такой же умной и крутой, как и её брат!
– Хенрик, заткнись! – я разворачиваюсь, и моё лицо наливается кровью.
– Трэй, только не начинай! Ты же нормальный парень, – произносит пренебрежительно Хенрик.
Кисти сжимаются в кулак. Ещё немного и я двину ему в челюсть.
– Довольно тут петушиных боёв! – раздаётся за спиной голос Раварты. – Нам всем ведь хочется узнать и про остров, и про эксперименты копроратов. Не так ли? – она подходит ближе и кладёт руку мне на плечо.
– Да, я хочу это знать, – твёрдо произносит Левия за моей спиной. Я вижу, как их взгляды с Равартой встречаются.
– Погодите! – выпаливаю я. – Вообще-то я собирался один!
– Я знаю, – спокойно говорит Раварта. – Мы лишь поглядим за тобой издалека. Разрешишь нам неудачникам понаблюдать за королём разведывательных вылазок?
– Подкол засчитан! – кривлю я улыбку.
– Трэй, можно тебя на секунду, – спрашивает Раварта и отводит меня на несколько метров от тропы.
– Ну? – спрашиваю я, скрестив руки на груди.
– Послушай, в одиночку ты явно не справишься. Я себе не прощу, если с тобой что-то случится.
– С каких это пор ты так сильно об мне волнуешься?
– С первой нашей встречи, – губы Раварты примыкают к моим, и я не в силах сопротивляться её горячему дыханию. Мы целуемся, и мне кажется, что я кусаю её губы, а она мои.
– Ну долго вы там ещё будете лобзаться?! – выкрикивает Хенрик. – Я не понял, мы идём драть задницу Риду или нет?!
– У меня в рюкзаке есть для тебя одежда, чтобы переодеться, – она берёт меня нежно за руки, и я вновь узнаю ту Раварту, которая могла мне когда-то собрать землю в горшок с цветком. Кстати, как он там сейчас?
Я переодеваюсь в свою рубашку и брюки. Рана почти не кровит, но всё же пару тёмно-красных пятнышек проступает на брючине.
Мы выходим к пустынной трассе. Лента дороги плоской змеёй растянулась между лесом и просторами жёлто-коричневой мокрой травы. Дождь почти закончился, и теперь трасса блестит отражениями от тусклого небесного освещения.
– Я наблюдала сегодня с утра за ДНК, – говорит Раварта, обращаясь ко всем, – здание почти не двигается. До него километров двадцать, не больше. Предлагаю срезать через поле до моста. Через лес идти долго, и он всё равно, скоро отступает вправо от трассы.
В километрах восьми виднеется серебристая сталь речного разреза с перекинутым над ним мостом. Мы соглашаемся с доводами Раварты и перебегаем трассу поперёк. Я бегу, стараясь не отставать от остальных, на краю дороги я поскальзываюсь и едва удерживаю равновесие. Всё-таки ранение даёт о себе знать.
Кое-где на поле встречаются кусты. Трасса делает крюк, поэтому мост чуть левее от нас. Мы стараемся перемещаться марш-бросками от одних зарослей к другим. Опасно находиться на открытой местности. Неизвестно кто может проехать по трассе. Когда я доковыливаю до очередного кустарника, с трассы доносится жужжание мотора. Здоровенный грузовик несётся в сторону моста. Дорога теперь справа, а мост прямо по курсу.
– Осталось не более двух километров, – сообщает Раварта, когда мы покидаем очередные заросли, в которых переводили дух.
Впереди больше нет кустов. Только желтизна поля. Придётся следовать без прикрытия. Ботинки спасают низ брючин от капель с травы, но чуть ниже коленей ткань вымокла и прилипла к коже ног. Рана зудит, из-за этого во время бега приходится слегка подпрыгивать на носок здоровой ноги.
– Трэй, тебе помочь?! – Хенрик хочет перекинуть мою руку через плечо и перенести часть веса моего тела на свою спину, но я отказываюсь от помощи. Он подбегает слишком близко, я цепляюсь ботинком больной ноги о его ботинок и падают вперёд. Раварта, бегущая чуть впереди, останавливается и развернувшись направляется ко мне, чтобы помочь отряхнуться. Крепкая рука Хенрика вздёргивает меня вверх. В этот же момент я вылавливаю ужас в глазах Раварты. Оборачиваюсь и вижу, как по трассе к нам мчатся три автомобиля экологической полиции, гружёных людьми и оружием.
– Блевотина! – выругивается Хенрик.
– Резче! Мы успеем! – ору я во всё горло.
Не чувствую боли, я несусь к нижним перекрытиям моста. Остальные бегут рядом. Я как будто слышу, как у Раварты после двух очередных коротких вдохов открывается второе дыхание. Раздаётся несколько выстрелов, я оборачиваюсь и успеваю заметить, прежде чем пуля проносится мимо моего уха с наложенным сверху пластырем, что машины свернули с трасы и часть людей в форме усела выскочить на мокрую пожухлую траву поля.
Впереди под острыми углами сведены друг к друг массивные металлические балки. Добежать бы до них и укрыться от массивного обстрела. Словно дзиньканье десятков колокольчиков раздаются звуки отскакивающих пуль от калёного металла.
– Левия, давай живее сюда!! – с криков вырывается вперёд Хенрик.
