Осторожно выглянув из дверей, я выхожу первым. Мы направляемся к лифту. Кристини провожает меня до моего этажа, и мы прощаемся. На её лице перемешаны страх, грусть, растерянность и, возможно, что-то ещё. Я решаю, что о произошедшем расскажу Тоду и Раварте завтра.
Остаток рабочего дня я посвящаю изучению новых алгоритмов. Но всякий раз, когда я бросаю взгляд на прозрачную стеклянную стену, перед моими глазами возникает ужас из огромного аквариума. Что это вообще? Они выращивают ЭТО прямо здесь, в стенах Корпорации? И почему там нет должной системы охраны? Или у выжившего из ума Плантикса всё пущено на самотёк?
В конце рабочего дня, выходя из лифта на первом этаже, я замечаю, насколько напряжены лица охранников. Мистер Гэмблер, самый крупный из них, бледен, словно только что проглотил льдину. Он кивает мне, когда турникет выпускает меня наружу.
Мне хочется прогуляться по городу, и я повинуюсь бессознательному порыву. Через сорок минут скрипучей ходьбы по каучуковому покрытию улиц я понимаю, что почти дошагал до аллеи, ведущей к зоопарку. Это единственный зоопарк в стране, а возможно, и во всём мире. Он небольшой, но там есть обезьяны. Эти животные чем-то похожи на людей, но их волосы всё же выдают принадлежность к дикой природе.
До закрытия зоопарка осталось меньше получаса, поэтому я лишь гуляю вдоль внешней ограды. Несколько полосатых пушистых хвостов трутся о ее прозрачно-сиреневые прутья. Это еноты. А чуть дальше клетка с обезьянами. Сейчас лето, и им разрешается выходить в уличную клетку. Странно, но сегодня я не вижу ни одной обезьяны. Может, они уже спят?
Солнце ещё только начало менять синий цвета неба на красный. Я осматриваю полукруг купола зоопарка, стараясь отключиться от событий сегодняшнего дня. На какое-то время мне это удаётся, но затем я вновь думаю о том, что полиция разыскивает меня. А что если тот полицейский умрёт? В таком случае я стану убийцей человека, более того – представителя власти. За это не сажают, а казнят. Нервный озноб передёргивает мышцы живота и плеч. Какой же я всё-таки идиот, что пошёл на крайнюю меру.
Я иду прочь от зоопарка, пытаясь смоделировать ситуацию в разных вариантах, но всякий раз моё рациональное начало убеждает меня, что это был единственный выход. У меня не было оружия, мне нельзя находиться на чужом этаже, тем более в секретной лаборатории. Когда я об этом рассуждаю, тут ж возникает вопрос: а почему всё-таки дверь оказалась открыта? Хотя и у нас на этаже многие двери почти всегда открыты.
Я просыпаюсь от удушья. В моём сне сперва был всё тот же пузырь, пока внезапно не вынырнула из ниоткуда жёлтая пасть с тонкими зубами – рыбьими косточками. Острия зубов впились мне в горло, перекрыв кислород. Какое-то время я сопротивлялся, но мозг проснулся, вытолкнув меня из состояния сна. Холодный пот стекает по вискам. Межрёберные мышцы окостенели и сдавливают грудную клетку. Горло горит, и ещё жжение словно скопилось где-то за легкими. Понимаю, что это из-за изжоги. Я пью воду. Много. Несколько стаканов почти залпом. Хотя это и неправильно.
Душ не расслабляет мои мышцы. Я пытаюсь подумать о чём-нибудь хорошем и вспоминаю, что сегодня увижусь с Равартой в лагере Плодородия. Ловлю себя на мысли, что теперь мне хочется на тренировки. Они придают мне уверенности в себе. Вряд ли я бы так быстро решился перевернуть аквариум на сержанта.
Когда я возвращаюсь в комнату, на стекле вырисовывается 07:53. Через два часа на работу. Солнце разливает яркий оранжево-жёлтый мёд по небу, заставляя стёкла и крыши домов искриться.
Я иду неспешно на работу, стараясь думать только о вечерней тренировке. Раньше всех прихожу на этаж и сразу же ныряю в свой новый кабинет. Мне нужно отыскать ключ к пониманию новой технологии и разобраться в том, что задумали в «Плазмиде». Несколько часов уходит на то, чтобы изучить материалы программного файла. Я понимаю, что необходимо тестировать новый протокол. Несмотря на то, что меня учили проводить тесты и ставить опыты на людях, я категорически не приемлю этого. Всякий раз, когда я думаю, что придётся ставить эксперимент с человеком, виски начинают пульсировать.
Когда наступает время обеденного перерыва, я пишу Кристини, чтобы узнать, как она. «Я сегодня решила взять отгул», – пишет она в ответ. Я понимаю её состояние, поэтому отвечаю: «Восстанавливай силы и отдохни хорошенько». По-хорошему, мне бы надо её проведать, но сегодня я не могу себе этого позволить.
В перерыве, вместо того чтобы отправиться на обед, вхожу в отделение за стеклянной стеной и усаживаюсь в кресло. Устанавливаю на голову несколько электродов и надеваю очки для симуляции дополненной реальности – два скрепленных обруча, расположенных один над другим.
