– Вот и я хочу узнать у Тода.
Подойдя ближе, Абиг удивленно оглядывает меня с ног до головы. В основном помещении мы застаём работающих Нори, Раварту и ещё нескольких женщин, которых я не знаю. По моему лицу Раварта понимает, что на площади что-то произошло. Я ещё должен быть там, поскольку праздник в самом разгаре. Она подходит ко мне и обнимает. Я чувствую её цветочный аромат и на секунду забываю обо всём на свете. Я словно попадаю на луг, усыпанный волшебными цветами. Через несколько секунд она отстраняется от меня, но мои руки не хотят высвобождать её.
– Почему ты так рано? – её синие глаза полны тревоги, но мимика лица ни за что этого не выдаст. – Там ведь что-то произошло?
– Да, – я провожу кончиками пальцев по её блестящим волосам. – Война начинается.
– Я позову Тода! – сипловато произносит она и мчится в сторону полотна, закрывающего проход в смежное помещение.
Когда появляется Тод, к нам стекаются остальные. Я пересказываю события сегодняшнего дня, стараясь не упустить деталей. Нори закрывает рот ладонью, когда я говорю про взрывы и женщину, облитую кровью.
– Это мятежники. Они давно хотят выступить против правительства, но пока их немного, – твёрдым голосом, спокойно поясняет Тод. Раварта смотрит куда-то вдаль перед собой. Я знаю, она подавлена, но её нутро приказывает ей скрывать волнение.
– Я в какой-то момент подумал, что это кто-то из восстановителей, раз они знают моё имя, но потом понял, что ошибся, – говорю я, пытаясь что-то понять по сменившемуся на секунду выражению лица Тода. Я перевожу взгляд на Раварту.
– Вы ведь что-то знаете? Оба! Почему им известно моё имя? Кто-то же рассказал им про меня?
Раварта испуганно смотрит на Тода, будто желает, чтобы он взял на себя ответственность за объяснение происходящего.
– Мне это неизвестно, Трэй. Я даже не знаю точно, кто из мятежников это мог быть.
– Зачем им эти бессмысленные провокации? Полицейские же всё равно всех разогнали.
– Ну как тебе сказать… – Его широкие скулы дёргаются, нижняя челюсть сдвигается относительно верхней. – Не одни мы ненавидим режим корпоратов. Возможно, мятежники думают, что таким образом они смогут разжечь огонь ненависти в массах и поднять восстание. Некоторые из них выходили на нас год назад, но мы отказались их поддержать. Среди них слишком много фанатиков. А они опасны.
Слушая Тода, я ловлю себя на мысли, что и среди восстановителей немало фанатиков. Кто все эти люди, что приходят тренироваться, есть и работать в лагере? У меня сложилось впечатление, что восстановители собирают детей-сирот и готовят из них силу для сопротивления. Что они вкладывают им в головы? Знали ли Алекс, Абиг, Раварта и все остальные, на что они подписывались?
– А что мы теперь будем делать? – спрашиваю я Тода.
– Ничего. Продолжать заниматься своим делом.
– Как?! Когда в стране вот-вот произойдёт переворот? – я почти перехожу на крик.
– Угомонись! – командным голосом произносит Тод. – До переворота ещё далеко. Нам нужно время.
– Какое время?! Для чего?!
– Хотя бы для того, чтобы выяснить до конца планы Корпорации относительно новой технологии. Нельзя сейчас действовать напролом, – он говорит чуть спокойнее.
– Главное, чтоб нас не сцапали, – произношу я, явно подавившись аргументом Тода.
Я совсем забыл про технологию. Мне нужно выяснить, что именно задумала «Плазмида». Для этого придётся притворяться её верным слугой.
– У меня для тебя есть новости, Трэй, – произносит Тод.
– Да? Какие?
– Тот сержант, на которого напала альдрованда, похоже, сошёл с ума и ничего не в состоянии рассказать. В общем, тебе повезло. А вторая новость – в следующие выходные мы выбираемся на нашу базу за окраиной Мингалоса.
– Эм… но у меня день рождения, и я давно пообещал, что буду с семьёй.
– У тебя будет возможность с ними повидаться вечером. Мы едем на юго-восток, туда же, где они живут.
– Хорошо, – говорю я.
Интересно, что я увижу там, за чертой города?
Сегодня пятничный вечер, мы с Равартой медленно плетёмся домой. Всю с рабочую неделю мы с Тодом ломали голову над алгоритмами и многое сумели выяснить. Сегодня мне удалось выкачать копию отлаженной программы. Завтра я отдам её Элиасу. Надеюсь, это чем-то поможет. Раварта идёт со мной рядом, с прямой и гордой осанкой. На её лице видна усталость, но она не заостряет на этом внимания. Она не тренируется, во всяком случае при мне, но работы, которой её загружает Нори, более чем достаточно, чтобы свалить с ног слона. Иногда я поражаюсь выдержке и выносливости Раварты.
С того дня, когда мы подрались с Диланом, почти каждую ночь мы остаёмся у меня. Сегодня у меня есть маленький сюрприз для Раварты.
Пока я раздеваюсь в прихожей, мне приходит сообщение от Кристини. Мы теперь не видимся на работе после того инцидента с полицейским, только переписываемся. Иногда она мне звонит. В сообщении она спрашивает, во сколько я уезжаю из центра. Я отвечаю, что поезд в восемь. Раздаётся сигнал и коммуникатор высвечивает: «Жаль, что так рано. Могли бы повидаться перед твоим отъездом».
