Малик сделал шаг назад и поклонился ей.
— Уже поздно,
Затем он развернулся и пошел прочь. Малик вернулся в свою спальню… в одиночестве.
Этой ночью Сидни спала очень плохо. Беседуя с ней, Малик был таким открытым и честным, обнажились его истинные чувства. Перед ней предстал Малик, которого она прежде не видела. И ее тянуло к нему. Сидни даже подумывала отправиться за ним, но отмела эту мысль почти сразу же. Малик бы сильно разозлился. Что бы случилось, если бы она последовала за ним в спальню?
Какой же слабой она была! Сидни ощутила, как его торс прижался к ее телу, когда он коснулся ее ладоней.
Когда Сидни все же сумела уснуть, она видела сны о нем. Ей снилось, как Малик рассказывает о Димахе. Это еще одно подтверждение, что Малик и Сидни абсолютно ничего не знали друг о друге. Их отношения были основаны на безрассудной страсти и сексе. Со временем бы страсть угасла, и их отношениям все равно пришел бы конец.
После беспокойной ночи Сидни встала рано. Солнце только начинало показываться из-за горизонта, а она уже успела принять душ и одеться. Затем она сделала высокий хвост, накрасила губы и ресницы и отправилась в столовую.
Сердцебиение предательски ускорилось, когда Сидни остановилась возле двери. Она услышала нежный голос Малика, который общался с кем-то из сотрудников. Девушка сделала глубокий вдох, собралась с силами и зашла в столовую.
Две пары глаз уставились на нее. Взгляд Малика был злым, чего нельзя было сказать о второй персоне. Все внимание Сидни было обращено на женщину, которая стояла возле Малика, — стройную, элегантную и белокожую.
Она явно не была прислугой.
Она повернулась к Малику и сказала что-то по-арабски, указывая на Сидни.
— Мама, — наконец произнес Малик, его голос стал непривычно жестким, — мы будем общаться по-английски, чтобы моя жена могла понять, о чем мы говорим.
Его мать? О боже!
Женщина окинула Сидни изучающим взглядом.
— Да, хорошо. И ты хочешь сказать, что эта девушка достойна носить наше имя? Она даже не говорит по-арабски!
— Язык можно выучить, это дело поправимое.
Его мать возмутилась:
— Ты должен исполнить свой долг, Малик. Твой отец слишком распустил тебя после смерти Димахи. Адан нашел тебе подходящую невесту по моей просьбе, но ты отказываешься слушаться.
— Я предпочел бы самостоятельно найти себе невесту. Что я, как ты можешь увидеть, и сделал. — Малик выглядел безумно злым, когда подошел к Сидни и приобнял ее за талию. Она и предположить не могла, что сейчас творилось у него в голове, Сидни все еще находилась под впечатлением от того, что Адан нашел Малику жену и тот отказался на ней жениться.
Когда Малик притянул ее к себе и поцеловал, девушка ахнула.
— Мама, тебе следует поприветствовать мою жену подобающим образом. Или я попрошу тебя уйти.
— Малик, — начала Сидни, — в этом нет необходимости.
Его хватка ужесточилась.
— Есть. Это твой дом.
Его мать встала с кресла. Драгоценные украшения сверкнули на ее пальцах и шее. Выглядела она потрясающе.
— Я все равно собиралась уходить.
Сидни наблюдала за тем, как мать направилась к выходу. Пульс ее зашкаливал, в голове был шквал непонятных мыслей. Внезапно ей стало жарко и неуютно. Эта женщина, мать Малика, презирает Сидни, потому что та — иностранка, которая женила ее сына на себе.
Неудивительно, что Малик не жаждал привозить Сидни сюда. Но так себя вести по отношению к своей собственной матери Сидни ему не позволит. Не стоит усложнять все, когда на то нет причин.
— Расскажи ей правду, Малик, — попросила она, освобождаясь из его объятий.
Когда Сидни отошла, то увидела, насколько он разочарован. Она налила чашечку кофе.
Мать Малика остановилась на полпути, развернулась и произнесла:
— Что же ты должен мне рассказать?
Малик был в бешенстве. И на этот раз не из-за своей матери.
— Не сейчас, — проворчал он.
— И когда же будет подходящее время? — спросила Сидни. — Расскажи ей. Не томи и не мучай ее.
Мать стояла в ожидании объяснений.
— Малик?
Он не посмотрел на свою мать. Вместо этого он взглянул на Сидни.
— Сидни и я хотим развестись.
Девушка не так хотела сообщить о последних новостях, но смысл был передан. Они достигли желаемого результата. Мать вздохнула с облегчением.
— Очень разумно с вашей стороны, — ответила она. — Я рада, что здравый смысл восторжествовал. Вы должны понимать, Сидни, что вам здесь не место.
Сидни приподняла подбородок.
— Я все прекрасно понимаю.
Иногда она все же надеялась, что это не так, но она не вписывалась в жизнь Малика. У нее был целый год, чтобы в этом убедиться. Сидни Рид не суждено быть женой принца Джафары.
Мать Малика кивнула в ответ, прежде чем уйти, оставив после себя лишь ароматный шлейф. Сын за ней не последовал. Он стоял посреди столовой, нахмурившись. Сидни сделала несколько шагов и присела.
На удивление она чувствовала себя спокойно, словно пережила шторм, после которого стала лишь сильнее. И все же в руке чувствовалась дрожь, когда девушка поставила чашку с кофе на стол.
— Нет необходимости так на меня смотреть, Малик. Рано или поздно она все равно узнала бы.
