На вид парнишке было лет двенадцать-четырнадцать. Худой, даже тощий. Кожа буквально просвечивала насквозь. Волосы до плеч были стянуты в низкий хвост и явно давно не видели воды и мыла, как и тело парнишки. Длинная рубаха, с чужого плеча, достигала колен, ноги были прикрыты короткими рваными штанами, а босые ступни, покрытые царапинами и цыпками, нервно перетаптывались по дворовой пыли. Тонкие пальцы с синими жилками сжимали одну оставшуюся булку, и весь его вид выражал желание немедленно отсюда сбежать. На симпатичной, но изрядно грязной мордашке светились в пол-лица испуганные серые глазёнки. «Чисто скелет», — сделала вывод Марина.
— Ну?! — поторопила Марина мальца, видя, что тот не решается открыть рот.
— Меня зовут Милли, — решилось это чудо, и все вокруг удивлённо примолкли.
— Милли? Девочка? — уточнила Марина и ей сердце захолонуло от жалости.
Та только кивнула и ещё сильнее поджала губы.
— Поедешь со мной? — предложила ей Марина. — Ты живёшь одна или с кем-то ещё? — догадалась она уточнить.
— Одна, — скупо ответила девочка, недоверчиво поглядывая на Марину.
«Странно, — отметила про себя Марина. — Девчонка уличная, а говорит правильно, держится с достоинством, на рождённую в нищих кварталах непохожа», — продолжала сомневаться про себя Марина. Взять ребёнка с собой она не передумала, даже, наоборот, уверилась в этом ещё больше.
— Соглашайся, — продолжила Марина уговаривать ребёнка. — Будешь моей личной служанкой.
Этот последний довод был самым веским. Девочка уже смелее шагнула вперёд и спросила:
— Куда садиться?
Райли и наёмники, которые наблюдали всю эту картину, рассмеялись и засыпали девчонку шутками:
— А помыться вначале не хочешь?
— Волосы прибери, беглянка!
Девочка остановилась, оглядела себя и беспомощно воззрилась на Марину.
— Беги, Фиби тебе поможет. И, Фиби, найди ей подходящую одежду, — распорядилась Марина им вслед. — Мы подождём, но поторопитесь.
— Конечно, госпожа, — присела в коротком книксене Фиби и, взяв девочку за руку, вернулась в гостиницу.
Вроде бы Фиби была вполне приветлива, но Марина успела заметить, как брезгливо скривились её губы и сморщился маленький носик. Ещё одна чёрточка, которая перестала нравиться Марине в девушке.
Из-за Милли с отъездом пришлось задержаться, но Марина нисколько не жалела. Девчонка понравилась ей, и она захотела помочь. Зато короткое ожидание закончилось всеобщим удивлением, когда Райли вывел девочку за руку из гостиницы. Он как-то сразу взял над девочкой шефство и ясно дал понять всем, что отныне Милли находится под его опекой.
Чистенькая, с заплетёнными короткими косичками, в простеньком дешёвом платье и туфельках бывшая уличная босячка совершенно преобразилась. Перед всеми предстала девочка на пороге зрелости, с огромными серыми глазами, точёным носиком и пухлыми губками, со стройной фигурой и очень серьёзным выражением лица.
«Откуда что взялось?!» — весело изумилась про себя Марина и спросила:
— А сколько тебе лет, Милли?
— Пятнадцать, госпожа, — присела в коротком книксене Милли так, будто делала это всю жизнь.
Марина невольно сравнила девочку с Фиби, которой было восемнадцать, но выглядела она на все двадцать лет, так как все положенные округлости были при ней и вела себя Фиби, как вполне взрослая девица.
Милли же была всего на три года младше, но выглядела рядом с ней сущим цыплёнком. Правда, в платье она стала смотреться намного лучше. И, кажется, Фиби почувствовала в ней соперницу если не за внимание Себастьяна, то за внимание госпожи и капитера — точно.
В дороге Марина попыталась разговорить девочку и узнать, как она оказалась на улице, но Милли ответила только, что она сирота и на улице живёт уже давно.
«Давно?! Одна?! Девочка?!» Уже это показалось Марте необычным, но, видя, что Милли почти спит, убаюканная мягким ходом кареты, она оставила её в покое. Сама Марина чувствовала себя уже настолько хорошо, что перебралась на козлы к вознице и рассматривала окружающий мир свободно, не ограничиваясь размером окна кареты. И потому не сразу заметила, что Милли давно едет вместе с капитером, сидя в седле перед ним и восторженно осматривает окрестности. Райли время от времени что-то ей говорит, и девочка отвечает ему, доверчиво прислонившись к его надёжному плечу.
— Смотрите, госпожа, вон Фрейфорд! — окликнул в этот момент Марину возница.
Она перевела взгляд в указанном направлении. Там вдали показались башни и шпили высокого замка. Издалека он показался тёмным и мрачным, но, когда карета подъехала ближе, Марина увидела, что замок просто строгий, сдержанный, но отнюдь не мрачный.
Кованые ворота усадьбы были распахнуты настежь. Их явно ждали и этим выказывали признание воли герцога. Карета объехала круглую клумбу подъездной аллеи и остановилась напротив крыльца, на верхней ступени которого их ожидал молодой, высокий мужчина очень похожий на герцога. Рядом с ним стояла миловидная девушка примерно его лет, стройная, русоволосая, но не улыбчивая, неприветливая. Немного в стороне ожидала распоряжений многочисленная прислуга.
