— Черт! — выругался Гильермо и попробовал снова: «Габриель Алтена, адвокат».
Машина аккуратно повторила: «Габриель Алтена, адвокат. Не содержится никаких сведений».
Тот же результат ожидал Гильермо и после того, как он набрал имена Пабло Рахьи, Хорхе Пласены, Роберто Альвареса… Даже имена Урио Домакеса и Андреса Пардо ничего не дали.
— Как так? — обескураженно пробормотал Мальдонадо. — Они только недавно работали у нас, сведения о них обязаны храниться в банке данных компьютера определенный срок. Ничего не понимаю…
Гильермо выключил компьютер и откинулся в изнеможении на спинку стула. Часы показывали половину двенадцатого. Мальдонадо был совершенно измочален.
Он придвинул к себе папку, которую брал в пиццерию, и честно попробовал еще немного почитать. Но в голову больше ничего не лезло.
«Ладно, — решил про себя Мальдонадо. — Гуттиеррес потерпит. Что-нибудь я ему скажу, а теперь надо ехать домой. Глаза почти ничего не видят, а ведь мне еще сидеть за рулем».
Подъезжая к дому, Гильермо с удивлением заметил в окнах свет. Виолетта не спала? Это было удивительно, ведь она просила по телефону, чтобы он вел себе тихо, не будил ее.
Молодая женщина сидела в глубоком кресле спиной ко входу. Мальдонадо закрыл за собой дверь, поставил кейс на пол и негромко сказал:
— Виолетта! Привет!
Она даже не повернула голову. Гильермо подошел ближе и заметил на коленях жены газеты, «Эль Насиональ», которую они выписывали. В глазах бросился заголовок одной из заметок: «Двое адвокатов погибли на острове Орчила».
Мальдонадо нахмурился и наклонился прочитать заметку. Он бегло просмотрел ее, не увидел ничего нового, кроме фамилии молодого хозяина взорвавшейся моторной лодки и упоминания о том, что «отец погибшего работает на той же пристани», где Домакес и Пардо наняли лодку.
На газету упали две капли, после них остались темные пятнышки.
Это были слезы Виолетты. Гильермо понял все в один момент. Виолетта наткнулась на злополучную газету и расплакалась. И почему он не отправил все газеты в мусорный ящик? Естественно, ей стало не по себе! Она ведь перечитала о смерти Домакеса и Пардо, когда муж сообщил о своей командировке на Орчилу…
Гильермо почувствовал: его сердце сжалось. Он обошел кресло и присел перед Виолеттой.
— Послушай, любимая, — запинаясь, начал он. — Со мной ничего не будет, я просто обещаю тебе…
Виолетта наклонила голову, он видел перед собой только ее густые волосы. Несколько раз Гильермо пытался заглянуть жене в глаза, но, как ни исхитрялся, это ему не удавалось. Гильермо потерял терпение.
— В конце концов, Виолетта, это же смешно! — воскликнул он. — Ты волнуешься, изводишь себя, но причина совершенно пустяковая!
Мальдонадо поднялся и стал метаться туда-сюда перед неподвижно сидящей женой.
— Мне дали задание — обслужить клиента на острове Орчила, — объяснял Гильермо. — Как я могу отказаться от задания? Кто я такой, в конце концов, чтобы обсуждать приказы администрации? Если не полечу я, полетит кто-то другой, но чем я лучше?
Виолетта все еще сидела, не шевелясь. Гильермо сделал небольшую паузу, потом продолжил:
— В конце концов, как ты думаешь, почему я столько вкалываю? Я сижу в этом проклятом офисе день и ночь, как будто мне это нравится. Нет, я этого просто терпеть не могу! Но я вкалываю, чтобы обеспечить тебя, чтобы ты была довольна!
Виолетта подняла глаза:
— Посмотри на меня, Гильермо. Я довольна?
Муж замер и сокрушенно ответил:
— Нет.
— То-то и оно, — кивнула жена. — Понимаешь, я так не могу. Я понимаю, ты работаешь ради меня. Но тебе не кажется, что ты не на то поставил? Тебя я не вижу, ты даже цветов мне не приносишь?
Мальдонадо почувствовал стыд. Действительно, в этом отношении он раньше был более внимателен.
— Что у тебя происходит там, на работе? — спросила Виолетта. — Что тебя задержало так поздно?
— О, Господи, Виолетта! — Гильермо взмахнул рукой. — Неужели это так важно? Я же тебе объяснял по телефону… Может быть поужинаем?
Она засуетилась.
— Ой, прости, я же приготовила тебе…
Гильермо перебил:
— А ты сама ужинала?
— Да, я ничего не хочу, — ответила Виолетта.
Я просто ждала тебя.
— И я поужинал, — сказал муж, — зашел в пиццерию…
Он вспомнил о двоих незнакомцах и нахмурился. Потом согнал с лица озабоченное выражение, подумав, что не должен расстраивать жену.
Мальдонадо подошел к Виолетте, снова присел перед ней и обнял ее колени.
— Гильермо, я знаю, что ты работаешь для меня, но мне это не нравится, — завела старую песню Виолетта. — Лучше было бы…
Только то, что она принялась поглаживать его по голове, сдержало вспышку раздражения Мальдонадо. Виолетта тем временем продолжала:
— Лучше было бы оставаться на прежней работе…
Тут Гильермо не выдержал:
— Что?! Ты только послушай, что ты говоришь! Ты забыла, какую жизнь мы вели до того, как мне предложили эту работу? — он вскочил на ноги и пронзил женщину гневным взглядом.
