И все-таки Кике не сочинялось. Он лежал на втором ярусе и бездумно смотрел в потолок. Его настроение было ужасным. Например, Кике понимал, что ему давно пора очередной раз позвонить Исамар и справиться об отце, о его и ее здоровье. Но он просто не мог найти в себе сил встать и отправиться на почту.
«Неужели все знаменитые писатели и поэты имеют право на хандру? — спрашивал себя юноша и не находил ответа. — Нельзя причислять себя к великим только потому, что у тебя упадок сил. Господи, кто мне поможет?»
Исабела сидела за столом и рисовала. Она поминутно поглядывала на соседа по комнате. На бумаге штрих за штрихом возникал портрет лежащего Кике.
После одного из таких взглядов девушка не выдержала и встала. Она неслышно подошла к кровати и обняла Кике. Ее мягкие губы дотронулись до щеки юноши.
Кике подскочил как ужаленный.
— Боже, Исабела, что ты делаешь?
— Лежи! — девушка чуть надавила на его плечи, и Кике снова опустился на подушку. — Я решаю твою проблему.
Юноша повернул голову в ее сторону и встретился с Исабелой взглядом. В ее глазах была бездонная глубина. Кике подумалось, он тонет, при этом спасаться не хотелось.
Девушка снова поцеловала его.
— Милый Кике, — прошептали губы Исабелы. — Милый, милый, милый Кике…
И все-таки он отстранился.
— Исабела, я не рассказывал тебе… — голос прозвучал глухо.
— О чем? — девушка широко распахнула глаза.
Ей стало страшно. «Сейчас он скажет, что у него кто-то есть, что он обручен или что-то в этом роде, — подумала Исабела. — Ведь я о нем ничего, в сущности не знаю. Раньше рассказывала только я, а он молчал».
Кике заговорил, заставив ее вздрогнуть — он будто прочитал ее мысли! Девушка услышала:
— Исабела, я не рассказывал тебе о своей семье…
— Так расскажи! — она услышала свой голос словно со стороны.
— Я боюсь, что ты не станешь дружить со мной, — жалобно проговорил Кике.
Исабела задала вопрос, который ее больше всего волновал:
— У тебя кто-то есть?
— У меня есть отец, Исабела, — по-своему понял ее юноша. — И есть мачеха. Нет, не думай, они любят друг друга, все хорошо.
— У тебя девушка?
Кике одарил ее взглядом.
— У меня соседка по комнате, — слабо улыбнувшись, проговорил он. — Больше никого нет в этом плане.
У девушки с души свалился камень. «Ну конечно, откуда у него может быть девушка? — с ликованием подумала Исабела. — Он тогда и целовался-то в первый раз, когда мы распевали арии из мюзиклов…»
Она ничего этого не сказала вслух, потому что боялась огорчить парня еще больше. К тому же Исабела не хотела развеять то хрупкое чувство, которое, кажется, возникло у нее в душе и было невыразимо сладким, а главное, никак не сравнимым с теми ощущениями, что вызывали все эти Пепико, Ульрико и остальные.
— Исабела, все-таки ты присядь, — попросил Кике. — Потому то, что услышишь, будет ужасно.
Девушка послушно села.
— Только ты спустись ко мне, — проговорила она.
Я не могу не видеть твоего взгляда. Хорошо?
Сверху послышался тяжелый вздох. Заскрипели пружины, и Кике сел рядом с Исабелой на ее кровать.
— Дело в том, — начал Он. — Дело в том, Исабела, что мой отец находится в тюрьме. По обвинению в убийстве.
— Что? — ее словно ударило.
— Что слышала…
Кике нагнулся и опустил голову на ладони.
— Я не понимаю, — как в вату, проговорила Исабела. — Поясни…
— Что тут пояснять? — Кике не решался смотреть на собеседницу. — Отца обвинили в непредумышленном убийстве. Один негодяй решил… надругаться над Исамар. Это моя мачеха, прекрасная женщина. Отец узнал об этом и помчался, чтобы проучить подлеца.
— Он решил его убить?
— Нет, что ты. Отец не такой, он бывает горяч, но голову не теряет. Он просто хотел поговорить по-мужски. Но тот мерзавец бросился на него с ножом. Завязалась драка, — и отец, отбиваясь, пырнул негодяя ножом.
— Он правильно сделал! — вырвалось у Исабелы. Кике в первый раз посмотрел на нее.
— Такой версии придерживались судьи. Но отец сказал, все было иначе. Тот ублюдок сам наткнулся на нож, отец вытащил нож из раны, чтобы облегчить боль. Но было поздно… — Кике застонал. — Ничего не удалось доказать, свидетелей не было, на ноже — отпечатки пальцев отца! О Господи! — он снова спрятал лицо в ладонях.
— Сколько ему дали? — осторожно спросила Исабела.
— Шесть лет.
Возникла пауза. Девушка обдумывала услышанное. Через минуту Кике почувствовал, как на его затылок легла рука и погладила волосы:
— Милый Кике…
Он оторвался от ладоней и набросился на Исабелу с расспросами:
— Ты веришь, что все было так, как рассказывает отец? Веришь моему рассказу?
Девушка задумчиво посмотрела на юношу.
— Скажи, а твой отец похож на тебя?
Кике кивнул.
— Ты не представляешь, какой он хороший… Не он похож на меня, я на него!
— Тогда верю, — заявила Исабела.
— Честно?
— Честно…
Кике обнял ее и решительно привлек к себе. Нащупал ее губы своими.
Они замерли в долгом поцелуе.
— Погоди, Кике, — девушка улыбнулась. — Что ты делаешь?
— Целую тебя.
— Но это же изменит наши отношения. Мы соседи.
Она говорила его словами!
— Это прекрасно, Исабела, — прошептал юноша. — Ты не представляешь, как это прекрасно! И не говори мне моих слов, не напоминай.
— Ты отказываешься от них?
