— Просто потрясающее благородство… — он подошел к столу, взял оружие и, не спеша, вернул его в кобуру под мышку.
— Я дворянин, — произнес Ярчик, пряча зауэр во внутренний карман. — Патроны верну позже. Пожалуйста, отоприте дверь. Не хотелось бы злоупотреблять преимуществом.
«Как же его бдительность усыпить?»
— Ну что ж, вы помогли сделать выбор, — улыбнулся Виктор. — Скажите, а гидроплан я там смогу купить? Там же озеро.
— Это обсудим потом, — сухо ответил Ярчик. — Открывайте дверь.
«Не прокатило. Будем ждать момента».
Он спокойно подошел к двери и поднял руку к щеколде.
— Не нужно, — услышал он за спиной голос Веристова. — Господин барон, будьте благоразумны, теперь вы не успеете. Власть опять меняется.
Виктор осторожно повернул голову, и заметил, что Ярчик поднимает руки, а из открытой двери шкафа спускается Веристов. В руках начальника охранки, словно бластер в фантастическом романе, сверкнул автоматик, похожий на «Аграм» — хромированный, как елочная игрушка, с изящными черными рукоятками из эбонита и коротким магазином патронов на двадцать; на стволе даже виднелась резьба под глушак.
«…Прошу вас, всегда помните, что можете рассчитывать на мою помощь…»
— Засада, — криво усмехнулся Ярчик. — Вы оба делаете роковую ошибку. Предлагаю расстаться друзьями.
— Барон, станьте к печке и положите на нее руки, мне надо их видеть. Виктор Сергеевич, подойдите к окну и посмотрите, не видно ли там приятелей барона и экипажа.
Виктор осторожно подошел сбоку, обогнув столик, и, чуть отодвинув угол шторы. Выглянул наружу.
— Нет, экипажей не…
В комнате послышался глухой удар и грохот. Обернувшийся Виктор увидел, как на кровати сползает за подушки выбитый из рук автомат, а Ярчик душит поваленного на пол Веристова, оседлав его сверху.
— Hilfe!!! — заорал Ярчик.
Едва Виктор успел сделать пару шагов в их сторону, выхватывая браунинг из кобуры, как рама окна вылетела с треском и звоном; по полу разлетелись осколки толстого оконного стекла и упавшего со стола зеркала. В коридоре послышался топот; кто-то ударил плечом в дверь, но массивная защелка выдержала. Развернувшись к окну, Виктор увидел в проеме фигуру мужчины; левой рукой он держался снаружи за наличник, чтобы не упасть с пошатнувшегося столика, а правой, в которой был зажат карманный офицерский маузер, он пытался стянуть с лица упавшую штору — палка от гардины свалилась ему за спину.
Думать было некогда. Виктор щелкнул предохранителем, вытянул руку в сторону тела, обмотанного шторой, и нажал на спусковой крючок.
Белая вспышка озарила комнату, грохот выстрела, отраженный стенами, ударил по ушам. Фигуру под сорванной шторой отбросило назад, в проем окна; тело падало наружу без криков и стонов, и лишь треск разрываемой ткани занавески, зацепившейся за кусок сломанной рамы, и хруст дощатой оградки палисадника указали на его судьбу.
— Грабют! Помогите! Грабют! — приглушенный крик Безносюк раздался откуда-то с первого этажа.
В тот же момент в дверь ударили топором, и желтая щепка проломленной филенки отскочила к ногам Виктора. Он рванулся к кровати, давя по пути валяющиеся на полу осколки стекла, бросил на покрывало ставший ненужным браунинг, и дотянулся до автомата, еще хранившего тепло чужой руки. Ручка затвора оказалась слева, вместо предохранителя у этой примитивной машины был просто вырез на крышке ствольной коробки; лишь падение на мягкие подушки уберегло всех от случайного выстрела. Левой рукой Виктор дернул ручку на себя; сухой треск двери, доносившийся за спиной, не оставлял времени на то, чтобы подробней рассмотреть конструкцию.
Перехватив переднюю рукоять, он развернулся к двери. Филенка уже была проломлена и через щербину на месте высаженной доски к щеколде тянулась чья-то рука с засученной по локоть рубашкой. Виктор коротко нажал на спуск — не целясь, ведя дулом поперек двери; автомат выплюнул очередь, и ствол подкинуло выше. Кто-то дико, по-животному, заверещал там, за дверью, середину которой наискось разметили пулевые дырки; рука скрылась из пролома. Виктор понял, что оттуда будут стрелять и полоснул второй — длинной, справа налево, взяв пониже; пули прошили дверь и тонкие, в одну доску, перегородки. Крик оборвался.
Невидимая Безносюк продолжала голосить в форточку: «У-би-ва-юют!!!». Остальные жильцы, заслышав пальбу, похоже, предпочли затаиться в комнатах.
В магазине оставалось еще на пару очередей. Виктор навел автомат на Ярчика, который, сидя на Веристове, бил его головой об пол.
— Хенде хох! — заорал Виктор. — Нихт бевеген, ду аршлох! Убью, сука!
Ярчик, тяжело дыша, приподнялся и поднял руки.
— На пол, блин! На пол, я сказал! Мордой вниз! Руки за голову! Не дергайся, я нерв…
