Только вошел в квартиру, как затрезвонил телефон. Оказалось, это меня Латышева беспокоит с радио. Думал, еще не так много времени прошло с последней передачи, чтобы я им снова понадобился, но нет, похоже, что ошибся… Быстро время летит.
— Здравствуйте, Александра, — поздоровался с ней. А она сразу перешла к делу:
— Павел, «на ура» восприняли слушатели ваши последние передачи! Много восхищенных писем о вашей эрудиции. Некоторые читатели прямо пишут, что только после этой передачи осознали, почему нам с Западом не по пути. Мы же рабами не торговали, чужие страны не колонизировали…
Ясное дело, что не стал спорить. В двадцать первом веке, конечно, появилось много обиженных на Москву. Мол, захватывали и присоединяли. При этом у таких обиженных не было ни малейшего желания оценивать тот факт, что у присоединенных народов начинал резко расти уровень жизни. Часто за счет самих русских. Ну вот как сейчас в 1970-х те же самые прибалты лучше подавляющей части русских живут. Им для этого и фонды повышенные выделяют, и большие новые предприятия строят, на которых полно высокооплачиваемых рабочих мест. Ну, это точно не традиционный западный колониализм, суть которого в обдирании как липки всех, кто попал в зону досягаемости любого западного народа…
— Я так понимаю, что нужно что-то на похожую тематику? — с улыбкой спросил Латышеву.
— Да. Я уже сказала, что вы что-то про Бельгию хотите рассказать. Заранее одобрили. Только подскажите, какое рабочее название передачи включить в план?
Немного подумав, ответил:
— Про Бельгию — «Свирепый бельгийский колониализм». Но нам же еще одна передача нужна, по сложившейся традиции… О, давайте по той же тематике, раз такая востребованность. Вторая тема будет — «Опиумные войны с Китаем».
Латышева, понял, слегка подвисла. Видимо, понятия не имеет, что такое опиумные войны Великобритании с Китаем. Поспешно сказал, чтобы не расстраивалась, что не понимает, про что идет речь:
— Вторая тема про то, как Великобритания сломила и колонизировала Китай. Очень интересно мне как студенту-экономисту, по тем механизмам, что Великобритания выбрала, чтобы подчинить Китай и экономически, и политически, нанеся китайскому народу невообразимый ущерб…
— Понятно, — со вздохом облегчения сказала журналистка, — а то я, признаться, про опиум только в романах Конан Дойля читала. Не поняла, при чем он тут по такой теме.
Положил трубку, подумав, что по крайней мере, честно призналась, что совсем не в теме. Многие люди очень стесняются признаться, что о чем-то не знают. Ну ладно, это поступок в ее пользу… Она же не историк, и не экономист, вот это и прошло мимо нее.
Сел сразу и обдумать оба выступления. В свое время, когда еще в СССР получал образование, базовые факты засели в голове. А потом в двадцать первом веке еще много что попалось, и к ним присоединилось. Про Бельгию — надо рассказать, как король Леопольд жаждал тоже, как и все другие европейские страны, разжиться в Африке колониями, и под каким предлогом. А потом минут двадцать уже про зверства, использованные, чтобы туго набить его мошну… А по Китаю главное начать с того размера экономики, что у него был на начало девятнадцатого века. Об этом многие — что многие — большинство не знает. Про серебро рассказать, про опиумную экономику… ладно, можно в принципе, без подготовки дополнительной в студию идти. И там, и там — чистые примеры, как ради экономической выгоды европейцев, ими совершались страшные вещи…
Соловьеву пришлось выполнять вновь полученный совершенно недвусмысленный приказ от полковника. Он старательно корпел над протоколами прослушки, выписывая факты, свидетельствующие о том, что Павел Ивлев утратил моральный облик, долженствующий приличествовать комсомольцу и советскому гражданину, а потом, когда понял, что уже третью страницу читает, но ничего в голове не остается, встряхнулся и решил съездить в МГУ к капитану Кротову. С ним он еще не виделся, но Румянцев, конечно, пересекался, и отзывался очень одобрительно, как о добротном профессионале.
Представившись, он снова сослался на Румянцева, что вызвало кивок со стороны Кротова.
— Владимир Аркадьевич, я по поводу Ивлева Павла Тарасовича пришел…
— По новой его проверяете? — изумился капитан. — Вот уж вам не скучно… Сколько месяцев назад проверяли… Шесть, семь? И ведь тогда тоже не первый раз уже был…
— Сами понимаете, товарищ капитан, я себе задания не выбираю. Можете что-то сказать про него? В донесениях агентов, может быть, что-то было?
— Да у меня не густо агентов, которые про него что-то могут сказать. Двое всего, парень и девушка. И время сейчас не самое лучшее к ним обращаться. Сессия-то закончилась! Они уже могут быть за четыре тысячи километров, на молодежной стройке вкалывать… Хотя девушка точно не будет этим заниматься, она не из таких. Но к ней по Ивлеву все равно не стоит обращаться…
— Почему? — тут же заинтересовался старлей.
