– Тут такое дело… Я же в Кремле на полставки работаю, а там есть такая Группа молодёжного общественного контроля при Верховном Совете. Она рейды проводит по поимке взяточников, а меня к работе привлекает. Короче, реквизит нужен. Нужно двух сотрудников нарядить в выходцев с Кавказа, а двух милиционеров в цыган. Решил у вас одолжить одежду, если возможно.
– Это что, Кремль такими вот делами занимается? – не на шутку поразился Боянов. – Во дела… Одолжим, конечно. Пошли, я лично помогу подобрать все. Рост и вес тех, кто костюмы надевать будет, подскажешь?
А вот с этим у меня проблема. Марка и Ираклия я вполне могу размеры назвать, а вот что касается милиционеров, что будут цыган изображать…
Изложил свои сомнения Боянову.
– Давай тогда самое сложное сделаем, подберем кавказский реквизит, все же у нас его маловато. А этих двух милиционеров ты потом сам к нам отправь, пусть меня только предварительно наберут. Мы их за десять минут как надо оденем!
Пока искали реквизит, задал Боянову еще один вопрос:
– Не подскажите еще, можно ли через вас раздобыть пару билетов в Большой театр? Хотели вот с женой на «Моцарта и Сальери» сходить…
Да, Валентине Никаноровне поход в «Большой театр» очень понравился, и теперь Галия ждала, когда я тоже поведу ее на «Моцарта и Сальери». Все же Кондратов и Цивин в нем были настоящими звездами… Между тем, я знал, что раздобыть билеты в Большой театр не так и просто. Я не был даже уверен, что прокатит мой трюк с кремлевскими корочками, такой это дефицит. Чуть ли не все билеты отдавали в «Интурист» с целью извлечения инвалюты из интуристов. Опасался, что посмотрят в кассе «Большого театра», какая должность у меня в корочках, и скажут – видали мы карликов и покрупнее…
– Да вообще не проблема, ты же теперь один из нас, – порадовал меня ответом он. – Одно огорчает… – грустно сказал он, и взялся за сердце.
– Что именно? – настороженно спросил я.
– Что не к нам в театр ты контрамарку просишь! – ответил он.
Пока я думал, что ответить, он рассмеялся.
– Не напрягайся, Павел, я шучу просто. Сюда ты жену уже водил, а вот в Большой, я так понимаю, еще не доводилось, верно?
– Так и есть, – подтвердил я. – и вроде уже третий год в столице живем, а все никак не появлялось возможности…
– Значит, на ближайший день, когда «Моцарта и Сальери» ставят, и добуду тебе билеты. И ты еще подумай – сейчас самый писк моды – это Гамлет с Высоцким на Таганке. Туда нужны билеты?
– Спрашиваете! – восторженно сказал я.
– Тоже будут. Давай только на следующую неделю, чтобы от Большого успели остыть, и объективно потом впечатления сравнить.
Подобрали вместе с Бояновым реквизит на Марка и Ираклия, и я поехал в МГУ. Надо побыстрее с Ираклием поговорить, а то на него уже и реквизит готов, а он еще ни сном, ни духом, что мы для него придумали…
В этот раз по времени вписался неплохо, приехал в МГУ за десять минут до конца пары, так что, когда прозвенел звонок, ждал Ираклия уже в коридоре у двери. Но прежде чем он вышел, конечно, со всеми пришлось поздороваться, кто первый к двери рванул. Кто-то радовался, что я, наконец, появился, кто-то подкалывал, спрашивая, являюсь ли я все еще студентом вообще, или мне диплом о высшем образовании досрочно дали. Но злобного ничего не было, все были в курсе и про «Труд», и про радио, и про Кремль, и понимали, в общем, что времени просиживать штаны на студенческой скамье у меня нет.
Наконец, из двери вышел Ираклий. Пожал ему руку и тут же оттащил в сторону:
– Нужна твоя помощь, дружище. Будет новый рейд по линии группы общественного контроля Верховного Совета, и я попрошу тебя сыграть в нем необычную роль.
– Это по рынку в Зеленограде? – сообразил Ираклий. – Костя Брагин показал мне письмо.
– Все верно, наверху рейд одобрили, но есть тонкости.
И я рассказал ему, какую роль в рейде придется играть, если согласится.
– Ну это всяко интереснее, чем полночи на деревянных ящиках сидеть в кузове хлебовозки, как было когда у мясокомбината в засаде выжидали, – сказал задумчиво Ираклий, – у меня только есть сомнения, что я хорошо сыграю свою роль… Я же ни в каких кружках театрального искусства не обучался…
– Роль у тебя, скорее всего, полностью молчаливая будет. Марк будет директора забалтывать. Ты же изображай робкого сына, восхищающегося энергией и напором своего отца. Так и смотри восхищенно ему в рот, когда он будет с директором толковать.
– А директор меня за слабоумного не примет? – фыркнул Ираклий.
– Да нам это даже на пользу будет, если так. Главная твоя задача будет подтвердить директору, что Марк выходец с Кавказа, наличные деньги привык заносить, куда надо, и никакой опасности вымогать с него взятку не имеется. А если ты слабоумный, то и в свидетели дачи взятки тоже не годишься. Понимаешь?
– Не, ну если так, то я сыграю, конечно…
– Главное – не перебарщивай, – предостерег я его. – Потренируйтесь с Марком хоть немного, чтобы он сказал, как именно тебе лучше на него смотреть. Марк мужик опытный, он фальшь хорошо чувствует.
