Да, Ивлев не человек, а сплошная загадка… Впрочем, теперь понятно, что КГБ в нем так заинтересовало. Чувствуется в нем сильная личность, зрелая и самостоятельная. Отец мой на него похож. Правда, как может такой характер цельный у человека уже в восемнадцать лет быть? Отец и войну прошел, и карьеру долго и непросто делал, пока до замминистра поднялся. Тут уже поневоле появится и личность цельная, и характер жесткий. Что там в этом Святославле творится, что оттуда таким парнем выпускник школы может приехать? Прямо хоть едь туда и лично проверяй…
Но плохо, конечно, что не получилось развить контакт во время сегодняшней встречи. Он же хотел уже и с женами посидеть, чтобы еще и жену его послушать, мало ли что интересное о своем загадочном муже ляпнет… Кто его знает, может, нелюдимый этот Ивлев, и так бывает. Но ничего страшного, надо всего лишь обождать, а потом снова его набрать. Пригласить к себе на дачу, к примеру, семьями посидеть, пообщаться… С ночевкой, чтобы от выпивки не отнекивался… Он же не сказал, что вообще не пьет…
И грамота Ивлеву от КПК, которую он сегодня лично в руках подержал, конечно, заставляет иначе посмотреть на Межуева. Кожемякин знал про Межуева, как и многие наверху, даже и не будучи с ним лично знаком. Надо знать человека, что может однажды появиться на твоем пороге, проводя расследование. Но бытовало мнение, что он из-за своей принципиальности непопулярен и в своем КПК. Поговаривали, что они там и сами были бы рады его выпереть, потому что его расследования создавали проблемы и для КПК тоже. Но если это так, то как он тогда смог грамоту для своего протеже раздобыть? А не может ли так быть, внезапно осенило Кожемякина, что КПК специально такие слухи о неудобстве Межуева для себя распускает? Чтобы его не так серьезно воспринимали, как нужно? А на самом деле он там вполне себя уютно чувствует…
Получается, что надо сказать спасибо Губину, что на Ивлева его навел. Сколько всего интересного он уже узнал про Межуева… Если этими мыслями поделиться с нужными людьми, то они очень благодарны будут за новое понимание Межуева в важных раскладах столицы…
***
Вернулся домой, и мне сразу же Галия говорит:
– Паша, приходил Мартин недавно, сказал, ты их с Луизой в гости пригласил, спросил, удобно ли будет вечером в воскресенье…
– И что ты сказала?
– Пригласила их, конечно, на 18.00 в воскресенье.
– Не сказал он, они вдвоём придут или с Альфредо?
– Я так поняла, что вдвоем. Ну и хорошо, а то Альфредо твой столько болтает, что никто больше ни слова вставить не может.
– Ну есть у него такая особенность, это верно, – улыбнулся я.
– Жалко Луизу его, конечно, такая молодая девчонка, а с пневмонией отлежала больше двух недель. – покачала головой Галия.
– Ну бывает, не рассчитала свои силы. Она же городская, а рванула эту свеклу под дождем собирать… Небось еще и оделась неправильно, не как наши.
– Или просто здоровье у нее хрупкое. Натерпится тогда с ней Мартин!
Тут я подарок достал с рынка, и Галия сразу интерес потеряла к теме здоровья немки.
– Что там тебе такое подарили? – спросила она.
Начал доставать. Три банки красной икры. Балык на килограмм. Ветчина польская.
– Ого, какой серьезный подарок… – сказала уважительно жена. – Может, тебе туда каждый день ходить лекции читать?
Отвечать не стал, не каждую шутку нужно комментировать…
Заметил на холодильнике записку. Написана рукой Валентины Никаноровны. Ага, от Захарова звонили, наша встреча переносится на понедельник на то же время. Ясно, человек он занятой, видимо, завтра его дернули куда-то, куда он не может не сходить…
– Дмитрий Иванович, посмотрите, какая тут интересная статья появилась про Ирландию, словно как раз под нас написана! Надо брать обязательно, я считаю! – сказал редактор главному редактору, заявившись к нему прямо с утра в пятницу.
Тот взял у сотрудника свежий номер «Труда» и с интересом ознакомился со статьей.
– Ну что же, согласен! Тут и британцев приложили, и американцев. И про угнетение ирландского народа очень хорошо сказано. Да, это наш профиль.
– Отлично! Отдаю на перевод.
***
Снимаю трубку телефона после четвертого звонка. Дети уже проснулись, играют с няней, так что спешить к телефону нет никакой нужды. И до того, как выезжать к Румянцеву, минут десять еще есть…
– Здравствуйте, могу я переговорить с Ивлевым Павлом Тарасовичем?
– Да, это я. Здравствуйте!
– К вам обращается Александр Семёнович Петров, я работаю в «Спутнике». Вы знаете про «Спутник»?
Хороший он задал мне вопрос, – знаю ли я про «Спутник». Помню, что в XXI веке что-то такое в России точно было, но что это сейчас, в Советском Союзе?
– К сожалению, несколько затрудняюсь с ответом, – сказал я Петрову.
