Но как-то я за эти два года в Москве уже достаточно сильно отъелся и вес в обществе приобрел. По сути, не так уж много кому теперь и необходимо дарить такие подарки, чтобы улучшить отношения, значит, нет смысла у меня держать по пятнадцать экземпляров каждой книги. Более того, это уже не очень и правильно выходит, что веду себя как собака на сене, учитывая, что в СССР хорошие книги — это страшный дефицит.
Так что надо мне собрать по десять экземпляров каждой из книг, что у меня есть, багажник аккуратно бумагой выстелить, чтобы не запачкались во время поездки, да и отвезти детям в детский дом, в их библиотеку. Книги у меня только самые лучшие, детям должно понравиться. Авось появится среди них побольше запойных читателей…
И если я и дальше буду также делать, а почему бы и нет, кто мне помешает, то библиотека в этом детском доме быстро станет достаточно неплохой по комплектации. Можно, кстати, договориться с библиотекарем, чтобы они, к примеру, половину из привезённых моих книг, зачем им столько экземпляров, меняли в других детских домах на другие дефицитные издания. Ну, в том случае, конечно, если им позволяют такие рода вещи делать. Правда, это далеко не факт… Да, вряд ли, едва возьмешь на учет, уже подсудное дело, если книги с него пропали…
Наверное, надо тогда иначе сделать. Разбить всю партию на две части, и в разные детские дома отвести… Вот это дело…
Хмыкнул, вспомнив, как в Советском Союзе было популярно при возможности покупать две или три дефицитных книги для того, чтобы дети, когда вырастут и отделятся, могли собственную библиотеку завести. Я и сам так делал, хотя, конечно, в силу возраста, уже на самом излёте Советского Союза. Не мог тогда никто себе представить, что пройдёт всего несколько десятков лет, и эти книги будут грудами лежать на мусорках у подъездов… Невероятное по нынешним временам зрелище… Нет, сейчас тоже иногда можно увидеть груды книг, лежащие на мусорке, но, как правило, это будет результат ликвидации какого-нибудь учреждения и лежать там будут сплошь всякие унылые тексты, никому никогда не нужные. А Дюма и Мопассана хозяйственные работники ликвидируемого учреждения сами приберут, не дадут выбросить такую ценность…
Вспомнил, как где-то в начале 1980-х, когда я был ещё подростком, мы с другом нашли множество связок вот такой литературы на мусорке в гаражном кооперативе. На каждой книге еще и штамп был какой-то организации, уже и не упомню, какой именно. Конечно же, немедленно утащили все к себе по домам, в надежде найти что-то ценное, и с умыслом то, что не пригодится, сдать в обмен на заветные талончики на новую дефицитную литературу. Я тогда штук шестьсот этих книг перелопатил, но, увы, так ничего ценного и не нашёл. А ведь наверняка что-то было, кроме тех унылых текстов, что были мной найдены в этих вязанках. У друга в его половине книг случилась та же самая история. Ни одной дефицитной или хотя бы даже мало-мальски интересной книги… Правда, сдав все это в макулатуру, мы получили кучу талончиков на дефицитную литературу, это все же сработало…
Правда, сразу вспомнил и другую историю, еще более счастливую. Как примерно в 1987 году в крупной московской библиотеке по соседству велели расчистить фонды, выставив дубли на продажу. И вот тогда у меня уже был настоящий книжный пир… Дело в том, что я тогда неплохо так задружился с девчонкой, у которой мама там работала. И она смотрела на меня как на возможного зятя, так что едва я попросил, заветные врата открылись передо мной. Приходил я к ней в библиотеку по утрам за час до того, как книги эти лишние выставляли на открытую продажу, и выбирал себе тщательно все, что хотел. Как я тогда был безумно счастлив потом еще несколько недель! Эйфория так и перла, несмотря на то, что Горбачев уже вовсю начал разрушать вверенную ему в управление державу. Пополнил тогда библиотеку на сотню книг, не меньше. И ведь сплошь дефицит…
А часов в восемь вечера нам позвонила Эмма.
И голос у неё был уже такой уверенный, видно, что пообжилась уже в Москве.
— Паша, — сказала она. — Хотела тебя ещё раз поблагодарить. Помог твой человек очень. Я уже при его помощи три дома разных проверила. И ты знаешь, третий дом меня всё-таки по всем условиям устраивает. И на снос идет скоро, и более того, там даже холодная вода в дом проведена, представляешь? И цена та, что мне по силам, с учётом той тысячи, что Герман передал. Но сейчас владелец в командировку уезжает почти на неделю, так что мы на среду следующую договорились оформлять всё. А я же боюсь одна идти с такими деньгами туда… — сказала она.
— Правильно боишься, — одобрительно сказал я. — Туда не только одной нельзя идти с такими деньгами, но туда, кстати, нельзя идти и без юриста, всё же это Москва. Тут много мошенников.
Правда, сказав это, вспомнил историю о том, как сына Оксаны в Святославлеве обдурили с обменом. Ладно, неудачно я выразился — мошенники существуют везде, не только в Москве. Но Эмме уже не стал этого говорить — лучше пусть она немножечко побаивается мошенников, чем совсем бесстрашно себя ведёт.
