Оставшееся до вылета на Кубу время пролетело быстро. Я, конечно, немного переживал, все ли сделал перед отъездом? Есть у меня такая привычка, на стадии перед отъездом она хороша, а когда ты уже в дороге, немного раздражает, потому что изменить-то уже ничего нельзя. Но есть, и просто так от нее не откажешься. Привычно пробежался по пунктам. Верховный Совет — все оставил и подстраховался, позвонив секретарю Межуева. МГУ, ЗИЛ, филиал Института Силикатов — тоже все в норме. Захаров и Сатчан — знают. Вера из «Труда» — знает. Латышева вот только с радио будет звонить, искать меня. Надо было позвонить ей и предупредить, что в отъезде буду… Ну ладно, потом обрадуется больше, когда вернусь.
Тузика мы завели к Брагиным. Они подумывают свою собаку взять, попросили его на три недели у них оставить, чтобы посмотреть, каково оно, жить вместе с питомцем в однушке. Велел им только сразу ребенку категорично сказать, что собачка только погостит, и потом вернется к хозяевам, чтобы потом истерик через три недели не было. Они еще родители очень неопытные, надо думать за них в таких ситуациях… А так — идея хорошая. Если себя Тузик проявит там образцово-показательно, возьмут Брагины тоже пса, будем по утрам вдвоем с Костяном с собаками бегать. Все веселее, чем одному. Ну а Панда у нас индивидуалистка, ей в гости ходить противопоказано, не любит она этого, проверяли. Ее мама с Ахмадом будут приходить кормить и развлекать немного, если вдруг совсем заскучает.
Пять офицеров, когда пришли на наш борт, оказались майорами и капитанами. Ровно через полчаса и вылетели, точь-в-точь, как генерал нам и сказал.
Как и обещал Балдин, около нас никто в полёте не курил. Офицеры забрались в самый хвост самолёта и курили уже только там. Учитывая, насколько Ил-62 огромный самолёт, до нас никаких запахов не долетало.
Ну, конечно, много мы часовых поясов пролетели. Вылетели из Калининграда в семь вечера, летели десять часов. В Москве было уже пять утра, а на Кубе, когда мы туда прилетели, было десять вечера.
Мы с Галией, конечно, почти в полете не спали. Даже если дети дремали, то мы присматривали за ними на всякий случай, так что порядком измотались в этом полёте. Пытался уговорить жену поспать, мол, сам присмотрю за парнями, и она даже пару раз попробовала, но больше часа в итоге у нее и не получилось подремать. Но что хорошо, малыши приятно поразили не только нас, но и офицеров. Практически не скандалили… Мне даже потом не один офицер выразил восхищение по этому поводу, мол, были уверены, что крику будет на весь самолет… Хотя, конечно, свою порцию «снотворного» они приняли, от каждого попахивало…
Приземлились мы, похоже, снова на военном аэродроме, но уже кубинском. Когда вышли из салона, с Балдиным и вторым генералом из нашей делегации долго обнимались какие-то местные кубинские генералы.
Ну а мы с Галией радостно переглядывались. Добрались! И ночь такая тёплая… И воздух вкусный, какими-то пряностями пахнет!
А затем к нам, прямо к самолёту, подогнали новенький «Икарус», и кубинские солдаты принялись ловко загружать в багажный отсек наши чемоданы из самолёта.
Я проследил, чтобы оба наши чемодана были погружены. Всё же опыт у меня большой, и историй о том, как даже при самом дружеском приёме забывали чемоданы, у меня и у знакомых моих — предостаточно.
Ночь была такая, что, как говорится, хоть глаз выколи. Так что, как мы с Галией ни пытались что-то рассмотреть за окнами автобуса, пока ехали, так ничего и не смогли там распознать. Небо, похоже, облаками затянуло, ни звезд, ни луны…
Судя по тому, как автобус трясло на ухабах, дорога нам попалась не фонтан. Но вот, наконец, минут через сорок мы уже подъехали к нашей гостинице.
Как она выглядела, так толком и не поняли — подавляющее большинство окон было потушено, и даже у входа горело всего две электрические лампочки. Просто огромный силуэт.
Снова проследил, что выгрузили наши чемоданы, и сам уже взялся за них, поскольку Валентина Никаноровна подхватила Руслана, а Галия — Андрея. Мы отправились внутрь гостиницы. В кустах и клумбах бодро стрекотали какие-то местные насекомые.
Тут уже было посветлее, так что я с удовольствием увидел, что лобби высотой метров шесть, и облицовано мрамором. То есть отель явно был из дорогих, как и уверял меня генерал, который уже навёл справки. Скорее всего, его строили ещё американцы, а потом уже кубинское правительство его национализировало.
Нас пустили зарегистрироваться первыми, учитывая маленьких детей. Вежливая симпатичная кубинка, выписав что-то из наших паспортов, выдала нам ключи от номера на одиннадцатом этаже.
— С видом на море? — по-русски спросил я.
— Си, синьор. — ответила она.
Не факт, правда, что поняла, возможно, просто старается быть вежливой… Ну что же, учитывая, как тут экономят электричество, не уверен, что мы сейчас из окна разглядим, есть ли у нас вид на море вообще…
Впрочем, когда поднялись на лифте, и зашли в свой номер, то море все же смогли увидеть. Оно загадочно мерцало под лунным светом. Облака, наконец, разошлись, и дали вылезти луне…
