— Ну, ты очень умело отвлек меня, — игриво улыбнулась Диана мужу. — Я, честно говоря, даже забыла про это совсем. Вот сейчас только вспомнила.
— Ну ты даешь, — покачал тот головой, но удовольствие во взгляде от комплимента промелькнуло. — Про такое надо сразу рассказывать. Это очень опасно. Мы ведь даже не знаем, кто это был и с какой целью залез к тебе в номер.
Фирдаус, подумав пару мгновений, решительно встал и направился к двери.
— Ты куда? — удивленно спросила его Диана.
— Сейчас позову кое-кого, — улыбнулся ей муж. — Это сюрприз, но очень удачный для нас. Я быстро…
Дети разбудили нас в восемь утра.
— Удивительное дело, — сказал я. — Так долго проспали, совсем необычно для них. Видимо, тоже вымотались из-за этого длительного авиаперелёта.
Первым делом вышли на балкон. Тяжело было удержаться, тем более балкон такой солидный, с мраморными перилами. И что хорошо, между столбиками просветы небольшие, дети точно не протиснуться… И высокие перила, ни одного шанса, что перелезть смогут. Одной головной болью меньше…
А с балкона открывался шикарнейший тропический вид: безбрежный океан, штиль, волн почти нет. В сорока метрах от отеля — пляж, белый песочек метров двадцать шириной. И жара настоящая, тропическая, но не такая, чтобы совсем уж страшно было выходить на улицу.
Опустив взгляд, увидел между пляжем и отелем пальмы. Даже с высоты одиннадцатого этажа было видно, что они большие, разлапистые.
— Ой, я просто не верю своим глазам! — воскликнула Галия, чуть ли не прыгая от счастья. — Я просто как в сказку попала!
— Ну, это точно не Паланга, — сказал я.
— Да, — согласилась она. — И ночные тучки все куда-то пропали, на небе ни облачка.
— Нам бы сейчас побыстрее позавтракать да на пляж бежать, пока не стало слишком жарко. Максимум час можем пробыть, чтобы не обгореть, а потом весь жаркий период будем пережидать. Думаю, до четырёх часов на пляж соваться нам нельзя.
— Эх, — сказала Галия, — я бы туда выйдя, оттуда бы уже не уходила. Так и сидела бы там все время, океаном любуясь…
— Теоретически можно, — ответил я. — Только надо какие-то сомбреро купить, чтобы лицо и шею полностью закрывало от солнца. Одежду надевать с длинным рукавом, брюки или юбку длинную, и всё равно кисти рук сгореть могут. Так то еще лучше про большой зонтик спросить бы в отеле, вдруг тут такие имеются… А если нет, то давай лучше через несколько дней уже побольше на улице бывать начнем, когда загорим уже как следует, — предложил я. — Потому что ты не представляешь, какое тут жаркое солнце. Тут за полчаса при неосторожности ожог можно схлопотать на наших бледных тельцах.
Ну да, прилетел я как-то в Греции летом в жару… Засел под зонтиком, только, как позже выяснилось, рука из-под него вылезла. Вся и сгорела за какой-то час, хотя небольшой загар у меня уже и был. Не спасло…
Кремы какие-то мы, конечно, купили от солнца и привезли с собой, но я им откровенно не доверял. Называться они могут как угодно. Но кто его знает, научились ли уже сейчас делать по-настоящему хорошие кремы от солнца, которые от него реально защищают. Как-то на себе самом проверять не очень охота, а уж на детях с женой тем более.
Быстро собрались и пошли на завтрак. Я много путешествовал в двадцать первом веке, и по работе, и на отдых ездил, так что привык к тому, что обычно в гостиницах на завтрак всегда шведский стол. Как-то подсознательно ожидал этого и сейчас.
Забыл совсем, что шведский стол сейчас ещё большая редкость. Похоже, что он в моду войдёт гораздо позже семидесятых. Ну и тем более это капиталистическая мода, а мы сейчас на социалистической Кубе.
Так что меня, конечно, ожидал вполне логичный сюрприз. Когда спустились вниз, в ресторан, в котором вчера ужинали, то никаких накрытых столов, с которых можно брать всё, что захочется, там, конечно же, не оказалось.
Но в углу появилось несколько этажерок, уставленных дымящимися кастрюлями с едой, около которых стояли две девушки лет двадцати в белых халатах на раздаче, и стопка подносов, рядом с которыми сидела кассир за кассой — симпатичная кубинка лет тридцати. А рядом на прилавке уже и какие-то готовые блюда стояли.
Столы, которые вчера были сдвинуты, видимо, по случаю нашего приезда, сейчас стояли отдельно по всему залу, и за ними почти никого не было. Заметил только за одним из столов такую же белую пару, как и мы, явно не из местных. Мужчина и женщина лет сорока примерно. Они уже вовсю завтракали.
Ну ладно, прижав детей к себе, пошли выбирать себе еду на завтрак. Сразу же ещё одно неприятное открытие: фруктов, как цельных, так и нарезанных, почти не было. Всё, что нашёл, — это разложенные по одному бананы. Спелые, сочные, конечно, но только они. Ни манго, ни апельсинов с мандаринами…
— А где же фрукты, про которые Маша говорила? — удивилась Галия. — Вчера вон даже ананасы были, которые, кстати, не так и сильно мне понравились, как я ожидала. А сегодня вон только бананы. Бананы, конечно, хорошо, но тут же тропики, много чего должно быть вкусного.
