Раньше я сам об этом не знал, пока не дал Халу задание выяснить, с какого момента началась деградация магии. Простой ответ — с начала установления Статута Секретности в 1689 году Международной Конфедерацией Магов. На самом же деле нужно взглянуть гораздо глубже. После «черной смерти», пандемии чумы, которая по совпадению выпала на молодость Николаса Фламеля, вторая началась в 1540-х и закончилась аж в 1683 году. И вот сюрприз, в 1542 году папа римский Павел III учредил Священную Римскую и Вселенскую Инквизицию, которая начала гонения на магов. Причем не стоит думать, что безрезультатно и убивали они только простых людей. Немало магглорожденных, которых после обучения просто выбрасывали во внешний мир как ненужный мусор, а также те, кто в принципе не обучался магии, присоединялось к церкви, которая умело использовала их. Более того, у церкви было секретное оружие в виде реально существующих жрецов и паладинов, обладающих благословением своего бога. А в 1612 году случилось еще и очередное восстание гоблинов. Так что, как бы маги не пыжились, но через полтора столетия даже самые упертые поняли, что такими темпами маги и церковь уничтожат друг друга, а заодно и полмира, так как магическое происхождение чумы было доказано, и это одна из причин создания инквизиции. После установления Статута некоторое время, а точнее почти два столетия, ничего не происходило — и маги, и церковь зализывали раны и почти забыли друг о друге. Нет, волшебники многое потеряли в войнах, но и приобрели немало, да и развитие было отчетливо видно. Но потом будто какой-то кукловод начал простирать руки все дальше и дальше, пока почти вся Европа, косвенно США и частично остальные страны мира не стали запрещать магические искусства. Точкой невозврата стали действия Гриндевальда, вынудившие ограничить изучения магии даже те государства, которые были наиболее свободны в этом плане. На этом моменте уже и у меня появились подозрения, что Гриндевальд со своими нацистскими взглядами и уничтожением в том числе чистокровных родов больше подгадил магическому миру, чем продвинул его вперед. Вместо развития он привел к еще большей деградации и изоляционизму магов. И Реддл, если бы добился успехов, довершил бы его дело. Вполне возможно, что это просто стечение обстоятельств, но и худший вариант я не отбрасывал. А он был таков, что церковь по тем или иным причинам не отказалась от уничтожения или, как минимум, ослабления своих исконных врагов, то есть магов. Связано это с эпидемиями оспы и чумы или же с действиями Гриндевальда и других темных, я не знаю. Но, как всегда, просчитываю и худшие варианты вроде геноцида магов. Причем, что иронично, в таком случае обычные люди об этом даже и не узнают — маги сами сделали все возможное, чтобы нас считали сказками и небылицами.
— Тогда я польщена тем, что вы меня сравнили с такой достойной женщиной, — улыбнулась мне Минерва после некоторых раздумий. Я же кивнул ей и продолжил заполнять бумаги. Еще одно семечко посажено, и только время покажет, взрастет оно или зачахнет. Закончив с помощью Минерве, я отправился в свою комнату и по пути услышал в нише за доспехами шуршание одежды и чье-то смущенно-сердитое шиканье:
— Тише, Ремус, нас же заметят! — послышался знакомый девичий голосок.
— Какие детишки, однако, стали в последнее время смелые, — я бы и рад не мешать влюбленным, но ближайший путь к моей комнате проходил именно через этот коридор. В нише я увидел взъерошенных подростков с припухшими губами: Римуса Люпина и Лили Эванс. — Вы бы хоть заброшенный класс какой нашли, их же полно. Или скрывающие чары выучили.
— Эмм, простите, — залилась краской и так красная как рак Лили, сравнявшись цветом своего лица со своими же рыжими волосами. — Мы больше не будем!
— Что же так строго? Я же почти ваш ровесник, — хотя на их возраст и не выгляжу. — Наоборот, только рад, что волчонок нашел себе волчицу.
— Я уже не волчонок! — высказал мне набравшийся смелости и побледневший Люпин, который до этого ловко меня избегал.
— Да-да, вы главное щенят не наделайте в школе, — засмеялся я и пошел дальше, слушая быстро удаляющиеся шаги за спиной. Эх, молодость, когда-то сам таким был. Правда моя первая любовь была крайне неудачной, но все же это было замечательное время открытий и ошибок. Второе детство пережить просто невозможно, даже несмотря на то, что я живу вторую жизнь. То наивное мировоззрение счастливого ребенка или максималистичное подростка уже не вернуть, даже магия бессильна провернуть время вспять. В комнате, как всегда, было пусто, вся моя жизнь была в Авейлоне, куда я сразу же и аппарировал порт-ключом в перстне.
Комментарий к
Не понравился вам Ямато, значит не буду примечаний писать прикольных! Автора обиделься, дя!
========== Часть 7 ==========
