— Я был уверен, что этих тварей извели еще при моем отце… Так. К обеду я составлю послание для герцога Блэс. Отправь через своих людей. Да, еще, — Император сдвинул бумаги, разложенные на столе. Нашел нужное письмо, протянул Бэлтрену. — Почему не отреагировал? Глава гильдии целителей дошел аж до меня с этим вопросом.
— Отреагировал, мой Император. К данному убийству причастны асверы, о которых в послании, — Бэлтрен демонстративно пробежал взглядом по ровным строчкам письма, — нет ни слова. Тот целитель, о котором говорит глава гильдии, напал на группу асверов и был убит на месте.
— С каких пор целители нападают на асверов? — нахмурился Император.
— С тех самых пор, как целители разошлись с гильдией боевых магов. Барон Берси Хок, находится под круглосуточной защитой асверов. И если полудемоны почувствовали убийственное намерение, то могли атаковать превентивно.
— Опять Хок, — вздохнул Император. — Если в империи происходит что-то из ряда вон выходящее, значит, рядом обязательно появится барон Хок. Как, скажи мне, молодой недоучившийся целитель смог посеять раздор среди магов?
— Благими намерениями, — Бэлтрен позволил себе легкую улыбку. — Уверен, что скоро все придет в норму. Боевые маги публично высекли целителей. Которым требовалась подобная встряска, а то они ожирели и стали неповоротливыми. И хорошо, что это произошло таким образом, а не вылилось в кровавую бойню.
К удивлению Бэлтрена на лице Императора отразилась совсем не та эмоция, которую он ожидал увидеть. Теперь стало понятно, о чем, а точнее о ком говорил начальник Имперской стражи с правителем.
— Семейство Дюран, — сказал Император. — Проверь, как глубоко проникли в их семью вампиры. Приставь к каждому своих людей. Если среди них будет хоть один кровопийца, я дам тебе полномочия взять под стражу всех. В ином случае провинция перейдет младшему сыну герцога. После того, как Блэс разберется с ними. Я поставлю задачу генералу Девлену, чтобы Даниель не успел разграбить соседа подчистую…
Учебный год в академии близился к своему завершению. Выпускники пропадали в библиотеке и на полигоне, оттачивая мастерство. После экзаменов их ждала практика и распределение. Кто-то поступит на службу в легион, кто-то станет капитаном речной галеры. Те, кому повезет, устроятся на государственную службу. Иные разъедутся по империи, как выпускники кафедры целителей. Не важно, из какой категории были студенты, на их лицах читалось напряжение и усталость. Студенты младших курсов, напротив, были бодры и веселы. Они жили в предвкушении каникул. Их ждало веселье и балы. Самые дальновидные уже в начале весны начинали строить планы на лето.
В первый день после отдыха я заглянул на кафедру, еще раз убедился, что по всем предметам у меня стояла максимальная оценка. В том числе и за практику в гильдии асверов, отчет по которой рассматривал лично ректор. Затем я заскочил в группу, чтобы поздороваться с сокурсниками и старшим наставником. Последним пунктом моего визита стало посещение библиотеки, где я просидел до обеда, читая биографию Ромарио Лехаля. Жаль ее не разрешали выносить из читального зала. На мой взгляд, совершенно зря. Я прочел первые две главы и ничего страшного или тайного там не увидел. Скучным и занудным языком автор рассказывал о молодом даровании, родившимся в богатой семье. О его поступлении в академию и первых годах обучения. Читать подобное молодых студентов можно заставить только из-под палки. Положи книгу в любой аудитории, и она покроется толстым слоем пыли, на которой кто-нибудь пальцем выведет слово «скука».
Выходило, что до второго месяца лета мне в академии делать нечего. Только раза три в неделю наведываться в библиотеку. Времени свободного у меня теперь много. До тех пор, пока Грэсия не выдаст обещанный справочник целителя. А раз так, можно заглянуть в лавку, проверить, как идут дела.
У выхода из академии не разрешалось дежурить извозчикам, чтобы не создавать толчею, но, когда я вышел, рядом почти сразу остановилась крытая повозка. Пара лошадей знакомой мышастой масти. Одна из редких пород, которую выращивали исключительно асвверы. Имперцы, пытающиеся вывести подобную масть, сталкивались с тем, что лошади уже во втором поколении становились белыми или очень светлыми.
— Ивейн, давно не виделись, — обрадовался я, когда девушка вышла из салона. — Как дела? Снова поставили ко мне в охрану?
— Привет, — она улыбнулась, но быстро посуровела, вспомнив, что на службе. — В охрану. Тебя Рикарда… То есть, госпожа Адан хотела видеть.
— Потом, все потом. У меня намечены важные дела. Как зовут твою напарницу?
— Юна. Она старшая нашего отряда.
Я приподнялся на ступеньке к месту возницы. Точно помню, что видел ее во время штурма замка фахта. Симпатичная женщина лет тридцати с выразительными карими глазами.
— Где лавка Га'хья находится, знаешь? Отлично. Тогда, сначала туда. А часика через два, в гильдию.
Женщина еще раз кивнула, перехватывая удобнее поводья. Я забрался в салон, придержав дверь открытой.
— Ивейн, давай со мной. Расскажешь, что изменилось за месяц.
