Магический огонь не подействовал ни на меня, ни на асверов, но воздух невероятно быстро раскалялся, от чего задымились волосы. Через мгновение огонь резко сменил направление и, словно бурная река, хлынул вдоль по улице, где стоял наш дом. Ветер загудел, раздувая пламя, и в нас ударила волна жара. Я инстинктивно закрыл лицо рукавом, но передо мной уже стояла Диана, принимая удар на себя. Камень Азма обжёг кожу, и жар в пределах пары шагов уменьшился. Но в любом случае, я чувствовал себя словно в адской печи.
— Демоны пожри ваши души! — крикнул я, не слыша собственный голос из-за гула ветра и огня. Не думал, что он может так громко реветь.
Слева и справа ко мне жались Вьера и Ивейн. Огонь невероятно быстро разогрел воздух до такой температуры, что дома вокруг вспыхнули, словно сухая солома. Если бы не Азм, нас бы запекло до хрустящей корочки. А ветер всё продолжал усиливаться. Это мы ещё далеко стояли от источника. В эпицентре температура была такая, что камни мостовой приобрели алый оттенок.
Пришло понимание того, что с Тали все в порядке. Она давала понять, что с домом ничего не случилось.
— Диана? — крикнул я.
— Нормально, — она повернулась, показывая, что всё хорошо. Жар лишь немного опалил выбивающиеся из тугой прически волосы.
Магический огонь иссяк минуты через две, но пожар и невыносимый жар не думали исчезать.
— Нужно идти, — сказал я, подхватил девушек под руки и потянул вперёд.
Стоило отойти на пару шагов и мостовая начал ощутимо жечь пятки. От гвардейцев остались лишь обуглившиеся фигуры в оплавленных кольчугах. Несмотря на то, что все дома на улице ярко полыхали, наш дом пожар обошёл стороной. Даже не высушив мокрую землю под окнами. А вот перед ним горели три повозки. Как и прилегающие дома, на которые я возлагал большие надежды. Они извергали в небо плотные клубы дыма. Всё, что могло быстро сгореть, уже сгорело, и удушливый дым начал заполнять улицу. К запаху гари прибавился ощутимый привкус горелой плоти. Или это мне просто показалось, когда я смотрел на обугленные тела людей и лошадей. Они умерли мгновенно, даже не поняв, что происходит.
Я почти силой втолкнул девушек под защиту дома. Из ближайшего окна нам махала рукой встревоженная Бристл. Показав, что увидел её, я побежал к дому через дорогу, где снимали комнату асверы. Полыхал дом знатно. Зажмурившись, решительно сиганул в огненный провал двери. Внутри оставался кто-то живой, и ему было очень больно. Этот кто-то прятался на кухне, в нише над полом у каменной плиты, в которой хозяева хранили кочергу, совки и прочую утварь. Нишу закрывало почерневшее тело крепкого мужчины. Я схватился за него, пытаясь сдвинуть. Ладони обожгло резкой болью, до такой степени кожаный доспех был горячим. Дублёная толстая кожа едва не крошилась под пальцами. Кулон на шее снова раскалился и существенно потяжелел. Огонь на кухне резко сменился густым дымом.
— Не вовремя, — проворчал я и закашлялся.
Мне, наконец, удалось оттащить мужчину, в котором можно было узнать напарника Бальсы. Внезапно из ниши вытянулась красная обожжённая рука, вцепившаяся мне в запястье. Приложив немного усилий, я вытащил на свет Бальсу.
— Ну как же так, — выдохнул я, пытаясь задавить эмоции и унять трясущиеся руки. Слава Великой матери, что она не задохнулась в этой нише. Но как она там оказалась и почему так сильно пострадала? — Сейчас, сейчас, потерпи.
Задыхаясь и кашляя, с третьего раза я сотворил исцеление, а затем заклинание от ожогов. Но это могло лишь немного унять боль и позволить женщине протянуть ещё немного. Да, я читал лекции Грэсии по ожогам, но мы коснулись этой темы лишь поверхностно. Этого хватило, чтобы понять — моих знаний просто недостаточно, чтобы помочь ей. В подобных случаях требовался комплексный подход. Тот мужчина на площади, во время нападения демонических собак, просто обжёгся о раскаленную сковородку по сравнению с Бальсой. Осторожно подняв её на руки, я как можно быстрее убрался из горящего дома. Не ровен час, он начнёт рушиться.
Я бегом пересёк улицу и взбежал по лестнице в наш дом. На пороге меня встречала взволнованная Бристл, пропуская в прихожую. На ступенях лестницы, ведущей на второй этаж, сидели две женщины из отряда Бальсы. Лица и руки обеих были покрыты небольшими волдырями и красными разводами ожогов. Из кухни выскочила Сесилия с деревянным тазом в руках и парой белых полотенец. Со стороны кладовой выглядывал пожилой управляющий слугами из дворца. Помимо прочего, до́ма отчётливо пахло гарью. Да и от нас самих поднимались струйки дыма.
— На кухню, — Бристл подтолкнула меня в спину.
— Куртки, куртки снимайте, — голос Сесилии. — А ты ногу в воду суй!
