— Ну, нравится тебе эта девка белобрысая, — бушевала Рикарда, — бери её. Вытащить из всей этой круговерти можно. Ты хочешь втянуть в эти разборки Блэс? Не получится. Тогда против них объединяться уже все герцоги, чтобы Даниэль не стал слишком сильным и влиятельным. Он это понимает и не пойдёт на конфликт. И тебе не даст.
— Что ещё? — не дала она мне вставить и слово. — Допустим, что гильдия втянется в эту войну. Зачем? Вот зачем это нам нужно? Сколько молодых и перспективных пар мы потеряем, пока будем доказывать, что эти земли важны для нас? Да и важны ли они для нас? Учёл ли ты, что асверов ненавидят и не позволят владеть землёй в центре Империи? Просто не позволят. Если бы нас было в десять, да хотя бы в пять раз больше, чем сейчас, мы бы сами заявили своё право на земли. Расширили бы влияние вокруг Холодного мыса. Ты же лучше других знаешь, в каком мы сейчас положении.
Она села на стул, тяжело дыша. Её переполняли эмоции и чувства. Но не злость или ненависть, а что-то похожее на бессилие, когда не можешь объяснить кому-то простую истину.
— Посмотри в зеркало, — сказала она. — Что ты там видишь? Молодого мужчину, барона, человека, связанного семейными узами с Блэс. А что видят окружающие? Они видят рога у тебя на лбу! Ты для них асвер полудемон в человеческом обличии. Никто уже не считает тебя нашей марионеткой. Ты сам в этом виноват. А значит, всё, что ты делаешь, ты делаешь в наших интересах. Это же так просто, — её голос немного упал. — Три четверти всей элиты Империи — это маги. Потомственные, новоиспечённые, какие угодно. И кто мы для них? Кто ты для них?
В комнате повисла тишина. Я не знал что сказать, поэтому молчал. А что говорить, если она права.
— Кларет, хоть и дура, но она это понимает, — сказала Рикарда. — Только выбирает не те слова, чтобы донести до тебя эту мысль. А ты слухи пустить хочешь, — ехидно заметила она. — Объявить во всеуслышание, что претендуешь на целую провинцию. Кто бы тебе её вот так отдал? Преподнёс на золотом блюде?
— Как у Вас так получается — сбить на взлёте и мордой в грязь? — спросил я.
— Это жизнь. Она имеет привычку макать тебя в то самое.
— Вы не думайте, что я эгоистичный ребёнок, который только и может, что помыкать гильдией. А вот за то, что я не подумал, мне надо надрать уши. И почему я решил, что моим противником будет только герцог Янда? Нет, с ним я бы разобрался. У меня даже план… был. Зараза!
— Обычно в таких ситуациях следует задавать закономерный вопрос: «Что мне теперь делать?» — передразнила она меня.
— Для начала надо подумать. И извиниться перед Кларет. Кстати, что за странное имя? Мне Матео сказал, что так называется сорт винограда, из которого красное вино делают.
— Имя как имя. И извиниться ты успеешь, если поторопишься. Послезавтра она возвращается к Холодному мысу. Она сама так решила. Вот если она овец пасти будет, я тебе этого никогда не забуду.
— Всё исправлю, — виновато отозвался я. — Уговорю её рыбу ловить. Вроде это престижней.
— Тебе не говорили, что шутки у тебя глупые?
— А вы точно не хотите подраться за кусок земли?
— Не раньше, чем через сто лет, — отрезала она.
— Что предлагаете делать? — все-таки спросил я.
— Откажись от претензий на землю и титул, если таковой тебе предложит Император. Скажи, что баронство на границе Империи тебя устраивает. Намекни, что как только закончишь учёбу, уедешь туда жить. Этого делать не обязательно, но пусть всё немного успокоится. И, самое главное, советуйся со мной, если затеешь что-то грандиозное. Как минимум, я дам тебе хороший совет. Видишь, я даже не требую от тебя ничего. Ну что, договорились?
Я глубоко вдохнул, выдохнул.
— Договорились.
— А насчёт бумаг, которые ты привез, нам никто не запрещает их использовать. Мы можем их продать. Половина отойдёт Лоури, половина — наша. Это приемлемая цена за покровительство. Хотя я бы с ними не делилась. Они всё, что могли, потеряли сами. И ещё. Завтра во дворце Император лично проведёт Совет. Будут присутствовать представители всех наместников. Ну и тебя пригласили. Для прояснения ситуации с герцогом Крус.
— Мне нужно присутствовать?
— Решай сам, — хмыкнула она.
— Ага, как же, сам, — я ответил ей тем же. — Вы не торо́питесь? Пока госпожа Елена разбирает бумаги, расскажите мне о герцоге Янда. Что это за семья, чем владеют, с кем воюют.
