Второй день пути от первого ничего не отличался. Мы всё так же неспешно двигались на юг. Время я проводил в фургоне целительниц, делая вид, что маюсь с похмелья. Только к вечеру всё равно пошли слухи, что я оборотень. Дескать, не может человек пить с оборотнем наравне и не помереть. Может я вчера выпил слишком много? Не помню.
К вечеру мы всё же добрались до стоянки легиона, где встретили изрядно поредевшие силы герцога Лоури. Два так называемых легиона насчитывали около трёх тысяч человек. В основном, тяжёлая пехота и конница в два десятка всадников. Это было даже не смешно. На то, чтобы собрать из двух легионов один, разбить по сотням и назначить центурионов, ушёл целый день. К тому же требовалось хоть как-то поднять настроение людей. Кто-то из помощников Даниеля довольно умело пустил слухи, что предстоящее сражение будет удачным, так как маги, подчинённые роду Блэс, придумали какой-то хитрый способ борьбы с огненными собаками. Как не странно, подействовало. Может, люди сами хотели верить в чудо, но утром переформированный легион был готов выступать. Да и не только легионеры, но и пятерка магов, пришедших с ними, выглядели не такими хмурыми. Жаль, что их было так мало. Я рассчитывал ещё, как минимум, на восемь человек.
Всего три дня после объединения с легионом Лоури, и мы вышли на равнину, с одной стороны которой тянулась река с довольно крутыми берегами. Не знаю как другим, но мне место предстоящей битвы не приглянулось. Узкая полоска земли между рекой и редким лесом, метров четыреста в ширину — паре легионов и развернуться практически негде. Зато с невысокого холма, с нашей стороны, открывался неплохой обзор. Герцог с легатами и старшими центурионами ещё с вечера начали обсуждать план размещения войск, стратегию и тактику сражения. Всё это было не так интересно, как мне казалось. Слишком долго и многословно. Мне достаточно было один раз взглянуть на поле боя, чтобы понять, как всё будет происходить для меня лично.
Сидя на ящиках рядом с шатром командования, я разглядывал пейзаж. Миновал обед, и солнце начало спускаться к западу, в сторону редкого леса. Я слышал голоса в шатре, принадлежащие магам. Они уточняли план сражения. Магистр Горак Йозеф — тот самый маг от гильдии, который никогда не снимал маску, только что закончил рассказывать о предыдущих столкновениях легионов с огненными псами. За несколько сражений окончательно выяснилось, что собаки поглощают любой огонь, будь то магический или обычный. Двигаясь в рядах иноземцев, они прикрывали строй от масштабных огненных заклинаний. Их пытались травить, но они чуяли яд, сжигая его на подходе, или просто огибали заражённую территорию. Самым опасным и неприятным было то, что они могли извергать из пасти потоки горячего пламени, защититься от которых было сложно. И, как всегда, главной целью первой волны псов становились маги.
Внизу, в сотне шагов от холма, легионеры выстраивались в шеренги из трёх или четырёх рядов. Двадцать пять человек в ряду, семьдесят пять в отряде. Кричали центурионы и старшие сержанты, передвигая отряды так, как они будут стоять во время боя. Каждый должен был запомнить вымпел не только своего, но и соседних отрядов.
На левой стороне холма, там, где проходила дорога, поднимали лагерь целители. Клара сказала, что с тем угрюмым мужиком из людей герцога она общих дел иметь не собирается, поэтому лагерь поделили на две части. Точнее, на три, но третья представляла собой место для сбора мёртвых тел.
— Нервничаешь? — спросила Илина. Не заметил, как она подошла.
— Немного. Не люблю огонь. Азм, не обижайся. Просто, как представлю пожар, так сразу в носу свербит, и преследует запах горелой плоти.
— С кем пойдёшь решил?
— Один. Но вам добежать до меня — минутное дело. Когда начну выдыхаться — дам знать. Я понимаю, что на вас белое пламя не подействует, но без одежды останетесь ведь, если заденет.
— Не стоит геройствовать и умирать ради людей, — сказала она, усаживаясь на ящик рядышком. — Поэтому будь осторожней.
— Нет, если соберусь погибать, то точно не ради них, — я улыбнулся, обняв её за талию. — А кто это там? Вон, видишь, у первых рядов, в очень знакомых рясах. Никак последователи Зиралла?
— Утром приехали с запада. Пять священников и десять слуг, — она поморщилась, точнее, почти оскалилась.
— Придётся потерпеть, — сказал я. — Помнишь, о чём мы говорили? Зиралл — та ещё гадина, но мы его спустили с небес на землю. Только на этом война должна закончиться. Не надо выслеживать и резать всех его сторонников. Ставлю золотой, что этих сюда прислали только для того, чтобы вы их прибили. Давай не будем играть по чьим-то правилам и плясать под чужую дудку. Нужно быть умнее и хитрее.
Она шумно выдохнула носом, имея на этот счёт своё мнение, но спорить не стала.
— Пойдём, поздороваемся и послушаем, что они скажут, — предложил я.
