— Ваше Величество, ещё утром Вы говорили о том плане, что придумал покойный герцог Лоури. Что-то изменилось?
— Клаудия Лоури красивая девушка, потомственный маг с хорошей родословной, но я не вижу её хорошей партией барону Хауку. Он и сам это понимает. Но если Клаудия будет настойчива, о ней нужно будет позаботиться.
— Я понял, — кивнул Лоранд.
С вероятностью девять из десяти он мог сказать кого Вильям видит в качестве хорошей партии барону. И это его устраивало более чем полностью. У него самого была дочь в том возрасте, когда её пора выгодно выдавать замуж. Не такая красивая, как Александра Блэс или Клаудия, но потомственный маг с родословной не хуже Лоури. В его семье все дети рождались с чистым магическим даром уже семь поколений подряд. И он тоже был не прочь включиться в эту игру.
— Герцоги Янда, — сказал Император, меняя тему, — они мне ещё нужны. А вот Крус — я хочу, чтобы все, кто живёт в Витории, исчезли. Империи нужен враг! И они прекрасно подходят на эту роль. Герцог Крус вспыльчив и амбициозен. Нужно сыграть на этом.
— Мои люди и специалисты Белтрэна Хорца следят за ними. Говоря «все», Вы подразумеваете «всех»? Хорошо, я понял. Завтра утром доложу об их судьбе. А завтра вечером об этом узнает герцог Крус.
— Что ещё? — спросил Вильям, видя, что капитан хочет что-то сказать.
— По городу начали расползаться неприятные слухи. Они связывают барона Хаука с семейством Крог. Говорят, что погибшая Кармелла Крог — мать Берси. Ещё день я могу сдержать их, и, если надо…
— Нет. Пусть всё идёт так, как идёт.
— Простите мою наглость, но я бы советовал оборвать эти слухи в зародыше. Крог много лет в отставке, и никто не заметит их исчезновения.
— Нет, — Император задумчиво покачал головой. Супруга говорила ему о молодой девушке по имени Анна Крог и о том, как та приходила в гости к Берси. — Пусти слухи в городе, что барон Хаук наполовину асвер. Если Кармелла Крог его мать, то отец кто-то из полудемонов. Но пусть об этом говорят со страхом. Иначе полудемоны укоротят на голову всех, у кого язык длинней носа.
Капитан имперской стражи встал, коротко поклонился и вышел. Вильям доверял его мнению. У Лоранда был удивительный и непостижимый для простого человека склад ума. Он мог просчитывать события на несколько шагов вперёд и очень редко ошибался. Говоря о Берси, Лоранд использовал такие эпитеты как «консервативный» и «последователь Империи». Он утверждал, что всё, что когда-либо попадало в руки барона, оставалось там навсегда. Поэтому он готов был защищать то, что было ему близко и дорого. И это те качества, манипулировать которыми было не сложно, если подходить к вопросу с умом.
Западная равнина, раннее утро, небольшой палаточный лагерь
Что хорошего в путешествии по безлюдным местам, так это то, что можно расслабиться. В душевном плане. Все четыре дня, что мы ехали на запад, я не мог понять, что изменилось и почему мне так некомфортно. Словно зуд между лопаток, постоянно напоминающий о себе. И только сегодня утром я понял, что это было. Оказывается, я перестал ощущать вокруг присутствие магии. Мы взяли с собой магические фонари, пару подставок для чайника и несколько амулетов. Но это было так мало, по сравнению с тем обилием магии, что накрывала столицу. В городе она пропитывает каждую улицу и здание, а в центре от её обилия волосы на голове стояли дыбом. Сейчас же я ощущал необычную лёгкость от того, что рядом не было одарённых. От магов, во всех их проявлениях, меня, в прямом смысле, тошнило. Представляю, как в Витории живётся Лиаре, да ещё и на территории академии… Надо попросить Матео придумать такой амулет, чтобы я их перестал чувствовать.
Если меня напряжение и тревога отпускали, то у Илины всё было наоборот. Чем ближе мы подбирались к Холодному мысу, тем хуже становилось у неё настроение. Внешне она этого не показывала, но понять, что творилось у неё внутри, было несложно. Например, утром, когда она проснулась, перебралась ко мне на плечо и снова уснула. В эти моменты проскакивали сонные нотки: «Он мой, никому не отдам». Не знаю, можно ли это называть ревностью или нет.
Илина проснулась, несколько секунд поборолась с желанием полежать ещё немного, затем села. На ней была ночная сорочка с длинными рукавами, подаренная Бристл. Мягкая, приятная на ощупь ткань, бледно-розового оттенка. На рогатом, тёмноволосом демоне она смотрелась довольно необычно. И надо было видеть лицо Илины, когда Бристл вручила ей целый сундук с вещами «нужными каждой женщине». И ночных сорочек там было штуки четыре. Большая часть вещей в сундуке была сшита из ткани, которую могли позволить себе только богатые. Так что подарок получился дорогим, даже по меркам избалованной столицы.
