Встретив Русанова, Анатолий доложил начальнику штаба обстановку и представил рыбака.
- Подождем часок, и, если сигнала из Таганрога не последует, будешь готовить лодки.
- Понял, - быстро, по-военному, ответил Антон.
- А ты, сержант, - обратился Русанов к Фадееву, - постарайся пробраться к восточной окраине города, где стоят твои дозорные, и жди там инженера эскадрильи. О появлении доложи немедленно.
Добравшись до своих дозорных, Фадеев передал принесенные для них хлеб и колбасу, присел рядом, чутко вслушиваясь в ночную тишину. Он услышал всплеск весел и тихо скомандовал:
- Занять удобные места для наблюдения, и ни гугу! Вскоре в темноте зачернели силуэты нескольких больших лодок. Через некоторое время одна из них направилась к берегу. А вдруг это немцы? Фадеев, приготовив оружие, затаился.
Когда лодка пристала к берегу и из нее вышел человек, Анатолий узнал инженера и тихо окликнул его.
- Фадеев! - обрадовался Овсянников.
Русанов поздравил инженера с успешным проведением операции и спросил:
- Каково там, Николай?
- С непривычки страшно, да и стыдно прятаться по закоулкам от немчуры.
- В этом здравый смысл, Николай, но не стыд. Сколько могут поднять ваши лодки?
- Каждая по десять человек без груза, но при волне в три-четыре балла и при такой нагрузке зальет.
- Какой же выход?
- Часть людей можно вывозить на лодках. Но хорошо бы поймать баркасы, которые курсируют мористее. Я туда направил техника звена с двумя местными рыбаками.
- Хорошо, - похвалил Русанов и добавил: - У нас тут тоже есть один рыбак, из Приморки. Он также говорил о судах. Фадеев, позови-ка рыбака!
Через минуту Анатолий с Антоном стояли перед Русановым.
- Фадеев, возьми своих ребят, и вместе с Антоном отправляйтесь за лодками в село. Учтите, времени до рассвета мало, не мешкайте, раз-два и лодки чтобы были здесь! - приказал Русанов.
Антон Титов оказался весьма смышленым и деятельным человеком. Он быстро обежал знакомых рыбаков, и вскоре четыре посудины прибыли в распоряжение Русанова.
Подсчитав возможности своей лодочной флотилии, начальник штаба пришел к выводу, что за один рейс удастся перевезти лишь треть полка. Как быть остальным? Ждать? А вдруг появятся немцы?
Русанов срочно собрал совет из командиров подразделений и "безлошадных" летчиков.
- Наш переход - дело не шуточное, - сказал он. - Я не очень надеюсь, что полку удалось сосредоточиться здесь незамеченным. Думаю, что и поход Овсянникова в Таганрог тоже будет, а может быть, уже известен немцам. Вряд ли мы избежим встречи с фашистами. Хорошо, если подойдут к рассвету дополнительные суда, а если нет? Принимаю такое решение: чтобы не демаскировать себя наличием лодок у берега, начинаем переброску людей. Взвод разведки и управление полка выходят первыми. Первая и вторая эскадрильи занимают оборону и прикрывают выход в море. Половину боеприпасов из подразделения управления приказываю передать остающимся на берегу. Старшим назначается Овсянников. Я надеюсь, что нам удастся раздобыть еще какие-то средства, чтобы скорее вывезти отсюда вас, товарищи! - обратился Русанов к первой и второй эскадрильям.
Вскоре семь лодок, нагруженных людьми до отказа, вышли в залив. Гребцы старались бесшумно работать веслами. Караван медленно удалялся от берега.
Начало светать. Видимость увеличилась. И в это время совсем недалеко, почти прямо по курсу появился баркас, за ним второй, третий и четвертый. Вблизи последнего судна колыхалась на волнах лодка.
Все обрадовались и, забыв о необходимости соблюдать тишину, стали бурно выражать свои чувства.
- Спокойно! - приостановил нарастание эмоций Русанов. Через несколько минут команда первого судна уже принимала на борт взвод разведки. Подразделение управления погрузилось на второй баркас. Остальные в сопровождении освободившихся лодок пошли к берегу.
Фадеев помахал рукой Антону и подумал: какой славный парень! А ведь, наверное, увидеться больше не приведется. Война свела - война и развела.
Команды двух судов в считанные минуты взяли на борт подразделения полка. А рыбаки, проводив авиаторов, направили свои лодки в Приморку, чтобы забрать семьи и тоже переправиться на противоположную сторону залива.
Капитан сейнера, передавая бинокль Русанову, сказал:
- Смотрите-ка, зашевелилась немчура в городе! Да нас уже не достанешь!
- Удачно мы выкрутились, ничего не скажешь, - ответил Русанов. - Я в эти дни ни сна, ни покоя не знал.
- Еще бы, люди, ответственность, - согласился капитан.
Обняв, как что-то самое дорогое, свои винтовки, прислонившись к мерно покачивающемуся борту судна, под шум двигателей Фадеев и его группа разведчиков крепко спали.
6
Во второй половине дня суда подошли к Ейскому порту. Авиаторы приободрились, быстро выгрузились и стали в строй.
