Ра очень радовался, что Зеттатеррон не сжег Сатану, но еще больше его позабавило, что Каратель решил попробовать «физического перчика», да и не просто попробовать – глупый ментал из Андромеды только что подписался на тело раба…
С момента смерти Андрея Фролова и его возвышения в ментальный мир Зеттатеррон не сделал ничего. Он не возобновил свою миссию по очищению космоса, он не изъявил желание родиться где-либо, он даже не строил планов на вечность, которая была гарантирована закаленному в семи физических реинкарнациях, как металл, Сознанию. Он просто пребывал в одиночестве на своей звезде. Затворничество карающего ангела осмелился нарушить только Азейрас:
– Не стоит впадать в уныние из-за того, что за четыре миллиарда лет не удалось сжечь одного единственного астрала с потухшим сигналом.
– Они развели меня, Азейрас, – Зеттатеррон был холоден и спокоен, как и подобает истинному менталу. – Землей давно управляют двое. Атум и Сатана были в сговоре изначально, выражаясь земным языком, они просто распределили роли на «плохого» и «хорошего» полицейских. И единственный кто мог помешать их плану, это существо, способное определить потухший сигнал и уничтожить «плохого полицейского». То есть – я! Но я провалил миссию. И пусть руководствовался законами космоса и не ставил личное эго во главе решения проблемы, мне нет оправдания. Эта парочка изначально знала, что вспомнить всё там невозможно, но это не означает, что ты обречен на грехопадение. Да, избежать его сложно, но это вполне по силам. Условия договора были выигрышными для них изначально. Недаром на Земле говорят, что никогда не заключай сделки с Сатаной.
– Но это у них там на Земле. А в Андромеде говорят по-другому: «Никогда не заключай сделку с Зеттатерроном». И знаешь, почему? Потому что ни у кого нет внутри сингулярности. Ведь все это время, выражаясь, опять-таки земным языком, я ни семечки тут щелкал. Изучал возможности твоего тела. И знаешь, они просто безграничны!!! Я даже не знаю, какую надо иметь непостижимую силу воли, чтобы за четыре миллиарда лет не воспользоваться этими возможностями в корыстных целях ни разу! Но это не значит, что мы не воспользуемся ими, чтобы не наказать эту обитель изощренного зла – Солнечную систему.
– Я продумывал сотни вариантов как без применения сингулярности разрушить тандем Атум – Сатана, но итог всегда один – гибель семи миллиардов хрупких физических людей, а на самом деле – семи миллиардов душ, заключенных в потемки кожаных саркофагов, строящих свой мир надежд, маленьких радостей и больших переживаний. Я семь раз был в такой же ситуации, и могу сказать точно, это не будет их избавлением, это будет убийством семи миллиардов. Эти несчастные существа давно стали заложниками со Стокгольмским синдромом[12], обеспечивающих прикрытие этих мразей!
– Зеттатеррон, я смотрю: экстремальная инволюция укрепила твое Сознание, но не прибавила вистов ментальному телу – телу мыслей, если ты забыл. Давай разработаем план, взяв за аксиому утверждение, что возможно все. Итак, идеальным развитием сценария сейчас было бы уничтожить Сатану, тем более что его сигнал по-прежнему не горит. Но мы не можем это сделать, из-за заключенной и проваленной сделки. Если все равно его сжечь в нарушение договора, то последует тяжелый кармический удар. Но мы возвращаемся к аксиоме, что возможно все. Значит, ты можешь вернуться в прошлое и попробовать снова пройти реинкарнации, пока не будет положительный эффект. Но мы знаем, что шансы на него ничтожны. Тогда самый верный способ – это просто найти себя в момент прошлой физической жизни и сообщить самому себе, все что необходимо. Ведь Сатана не исключал варианта, что тебе это кто-то мог просто рассказать!
– Тогда, Азейрас, у меня вопрос другого характера. Я понял, что Фролов проживал последнюю седьмую реинкарнацию, и побыстрее его убрать было отличным планом Сатаны. Но незадолго до смерти ты через старика – медиума выходил со мной на связь, пытаясь предупредить меня о выборе между проваленной миссией и малодушием по отношению к насилуемой женщине. Но почему тогда ты не рассказал мне, кто я? Ведь это и означало бы победу!
– А ты бы поверил старику из парка, которого видел впервые? Ведь мы с тобой прекрасно знаем, что чистый разум никогда никому не поверит, кроме как самому себе! Или иначе ты просто становишься бараном из стада овец определенного пастуха, каким бы абстрактным он не казался. Поэтому единственный человек, которому поверит Фролов – это сам Фролов.
