Эмметт перебрался и обустроился в доме. По утрам мы просыпались, завтракали вместе, занимались на переоборудованной площадке втроем с Люком или бегали с Хантером в лесу. Потом вместе на моей машине ехали в больницу. Эм помогал Стиву на терапии, я общалась с врачами и медсестрами, следила за расписанием и изучала все необходимое для выписки домой. Доктор Круз предложил мне посещать собрания для близких людей с ограниченными возможностями, которые борются и стараются поддерживать и не бросать своих любимых после несчастных случаев или тяжелых заболеваний. Кто-то оставался полностью парализован после инсультов, у кого-то отказывали ноги после аварий, кто-то терял конечности при различных обстоятельствах. Некоторые из них были совсем еще дети. В этой группе я узнала много ужасного и страшного, собрания помогли мне избавиться от страха и смущения перед физиологией и отталкивающей реальностью жизни с парализованным человеком. Я узнала, с какими проблемами мы можем столкнуться, с какими неожиданностями, какие трудности придется пережить, какие стереотипы сломать.
Многие обычные пары жалуются, что их любовь умерла, столкнувшись с повседневностью и рутиной совместного быта. Но то, что происходило в жизни семей после того, как один из партнеров садился в инвалидное кресло или был и вовсе парализован полностью, было намного отвратительнее и страшнее рутины. Совместные походы в туалет, ванную, помощь во всех делах, которые раньше были настолько личными и интимными, которые любой человек в этом мире привык делать в полном одиночестве и никогда бы не признался в этом вслух. Многие родители жалуются, как тяжело менять памперс ребенку, которого ты родил, который является частью тебя самого. А как же жить с такой потребностью у взрослого человека: мамы, папы, мужа или жены? О брезгливости уже не могло идти и речи. Кто-то боролся с пролежнями, некоторые мужчины даже научились наносить женам макияж и делать прически, чтобы дать ей и в этом состоянии почувствовать себя красивой.
Не у всех были возможности и средства, чтобы нанять сиделку или переоборудовать дом под нужды человека с ограниченными возможностями. Все они справлялись, как могли, как бы им ни было тяжело, они боролись за жизнь родного человека, они боролись за саму жизнь с любимым человеком. Рядом с ними я чувствовала себя такой бесполезной. Нам еще повезло, что Стивен хотя бы может управлять верхней частью тела, а мне всего-то и нужно, что готовить ему, поддерживать его и просто создавать уют в доме и показывать, что я все еще его люблю. И это будут лишь мои слова, которые будут, по сути, пустым звоном в сравнении с настоящим подвигом этих людей, с которыми я познакомилась на собраниях. Ведь рядом с ними нет сильного Эмметта, нет Люка и Дженны, которые поддержат в минуту слабости. Они со всем справляются в полном одиночестве и под косыми взглядами нашего мира, который так и не может принять подобных людей, как бы ни старался. На одно из собраний я заставила прийти и Кристиана. Он ничего не говорил, просто слушал, сидя поодаль, но я видела, как меняются выражения его лица и глаз. После этого он стал еще охотнее идти на контакт и помогать мне.
Настал день выписки из больницы. Мы так и не решили, что и как делать с автомобилем Стивена, его Мерседес был для его теперешнего состояния слишком высоким и неудобным. Мы решили забрать его на седане Люка, который был вместительным и просторным, и при этом не нужно было взбираться на такую высоту. Какое-то время, пока мы не решим этот вопрос, мы будем эксплуатировать именно этот автомобиль.
Собака была в нескончаемом восторге, учуяв запах хозяина. Хантер крутился и терся у ног Стива и не мог понять, что это за непонятный запах металла и резины, почему хозяин не треплет его по голове, как раньше, и не хочет с ним играть, а просто игнорирует само его присутствие. Бедняга скулили, пытался положить голову на колени Стива, лизал ему руки и тыкался в них носом, но все бесполезно. В итоге, он грустный и растерянный побрел ко мне и прижался к моей ноге, как самый несчастный на свете побитый щенок. Я на автомате приобняла его и прижала к себе поближе. Я слишком хорошо понимала его чувства, я и сама чувствовала себя точно также. В последние пару недель я и сама была на его месте, когда пытаясь поцеловать или обнять Стивена. Вот только меня он еще отталкивал и оскорблял.
Мы показали Стиву его дом, объяснили, где и что мы переделали, уточняли нужно ли ему что-либо еще. Он просто молча сидел и, казалось, не реагировал на наши старания. После ужина Люк отправился к себе, Эмметт извинился и попросил дать ему немного времени и удалился в свою комнату. Криса я отправила домой. Ему пора было возвращаться к себе домой, чтобы не опоздать на дежурство, ведь если он не пройдет интернатуру, то потеряет шанс на нормальное будущее. Сейчас нам меньше всего нужна была еще одна загубленная жизнь.
В гостиной мы остались со Стивеном вдвоем. Он подъехал к окну в сад и начал изучать все, что мы сделали с двором.
