- Да перепил наш вахтер, - досадливо ответил вместо Блоу Ронзин.
- Вас не спрашивают. Не вы ли ему и наливаете? Особый функционер в организации, запойный алкаш?
Ответом на это стало оскорбленное молчание.
- Вы все еще нас в чем-то подозреваете? - осведомился Ронзин, теребя кончик носа.
- А как же. Этот отщепенец портил вам поголовное зомбирование. И что-то вычислял. Может, вашу третью зарплату, Ронзин? Нет у вас такой?
- Вы изъясняетесь в недопустимом тоне, - заметил Паульс. - Третьей нету.
- Поверьте, мы люди опытные. Сверяясь с трудами Стюарта, мы разработали для Гаттераса отдельную программу, - Паульс полез в ящик стола, выудил лист. - Можете ознакомиться. Так работают с одиночками.
Роман пробежался по списку глазами. Снова квадраты, один вытекает из другого, с комментариями. Начало: согласовать форму деятельности. Следующим пунктом: определить критерии и функции мониторинга. В курсиве - якобы сам процесс: мониторинг исполнения. Временной интервал между собраниями группы. Его еще и отчитываться намеревались таскать, чучела мало. Квадрат: подготовить персональную самооценку. Другие квадраты: поделиться персональной самооценкой и - оценка окружающими, вопросы и обратная связь; добровольные действия каждого члена группы.
Добровольные действия опер уже имел удовольствие наблюдать.
Квадрат: пересмотр персональной оценки. Ну, тут любой переоценит, лишь бы отвязались эти слепни. Составление плана личных действий. Реализация личного плана действия. Проверка прогресса.
Так.
- И до какого пункта вы с ним дошли? Я перебил бы вас уже на второй ступени.
- Мы еще не начали, - уныло признался Блоу. Роман перевернул лист. Там был нарисован эрегированный член и написано: "Аналитический инструмент под названием "Семь С". Структура. Стратегия. Системы. Способности. Совместные ценности. Сотрудники. Стиль.
- Со стилем ясно, - молвил Роман, сворачивая план развития Гаттераса и укладывая его в карман. - Считайте это изъятием улики. Кстати: кто нарисовал орган?
- Я, в перерыве, под волны, - признался Паульс, весь пунцовый.
- А права... - начал Блоу.
- Засуньте их себе поглубже, - оборвал его Роман и вышел. На очереди у него был менеджер по кадрам.
Игорь Сергеевич сидел в офисе, мало чем отличавшемся от былых кадровых канцелярий. Два дела лежали перед ним, две папки: Арахнидде и Пляшкова.
- Здравствуйте, Роман Николаевич, - менеджер встал, поздоровался с опером за руку.
- Здравствуйте, Игорь Сергеевич, - Роман был вежлив, ибо испытывал чувство вины перед кадровиком. - Вы уже простили меня за яйцо?
- Конечно. Кто прошлое помянет...
- Вы отходчивый человек. Отрадно видеть, что нас с вами занимают одни и те же вопросы, -Роман кивнул на папки. - Я присмотрелся к вам и решил быть откровеннее, чем с остальными.
- Даже не знаю, чем заслужил...
- Да пока ничем, так что отрабатывайте. Вам нравится то, что здесь происходит? Только честно.
Иван Сергеевич вздохнул и пожал плечами:
- Производство есть производство. Оно меняется. Я работаю, мне платят. Мои личные предпочтения не играют никакой роли.
- Но сами вы роли играете? Например, с яйцом? Никогда не поверю, что вы искренне убивались.
- Роли играют везде. Если Генеральному угодно, чтобы я рыдал над могилой яйца, я буду оплакивать целую птицефабрику.
- Позиция понятна. И вот перед вами два дела. Фигуранты мертвы. И я не могу понять: ведь вся активность исходит от Генерального. Это он покушается на храмы, гаражи, метро и заводы, это он собирается сносить магазин. Он мешает массе людей. Убить, в первую очередь, должны его самого. Но вместо этого сносят головы простому клерку и откровенному жулику.
- На Снежана уже покушались, - напомнил Игорь Сергеевич, сцепляя кисти. - Куклу помните? Недвусмысленная угроза.
- Да ну, какая чушь, - Роман скривился. - Мы говорим о реальных трупах. Вот их два. Оставим Гаттераса. С Пляшковым куда непонятнее. Зачем он встал в строй? Почему вы вообще приняли его на работу? Астролога? Есть такая профессия?
- Романов распорядился, - вздохнул Игорь Сергеевич. - Мне-то какая разница? Пусть хоть уфолога берет. Он вообще черт-те кого берет - Наташу вот принял, дурищу. А потом сам и похвалялся, что резиновая оказалась куда интереснее. Они вообще-то, после побоев, -менеджер доверительно подался к Роману, - все друг дружку...
- И вас тоже?
Тот пожал плечами:
- А куда денешься?
- И каждому видно, кто кого?
- Ну а как тут не увидишь.
- А в действительности?
- А кто ж ее разберет. Действительность полна секретов.
Роман молча уставился на Игоря Сергеевича. Тот ответил тем же испытующим взглядом.
- Значит, Снежан настоял?
В тоне капитана звучало откровенное недоверие.
Подумав и явно нехотя, менеджер по кадрам признался:
- Настояла Снежанова жинка. Тот ее приворожил, сулил миллиарды. Соломенида Федоровна полчаса распиналась. А Снежан по всему западному сходит с ума, он и ухватился за мысль. И не пожалел нисколечко, каждое его слово впитывал.