— В этой сфере вы специалист, но, как мне известно, нужно создать для начала шейные позвонки.
— Да, да…Я это сделаю, но что дальше? Дальше моих приборов мало, они не в состоянии соединить голову с шеей.
— Этим займусь я. Приступайте к своей части, а я пока приготовлюсь. — И доктор вместе с заплаканной Сарой начал быстро приступать к созданию шейных позвонков.
Мужчина стоял и смотрел, как вьется вокруг него Сара, поднося все необходимые инструменты Гордону, который неторопливо и бережно делал все от него возможное. Но его сейчас заботило не это, а мысль, пришедшая пару минут назад: Кира — человек, но непростой. И сейчас от него зависела ее жизнь.
— Готово, — надорванным голосом сказал через некоторое время доктор и вывел его из раздумий.
Но не успел Инструктор погрузиться в транс, как почувствовал боком на себе взгляд. Он быстро повернул голову вправо, и увидел в окне, наблюдавшего за ними все это время Эдриена с перебинтованной грудью и гипсом на левой руке. Парень смотрел на него, немигающим взглядом, а потом вдруг широко улыбнулся такой мальчишеской, знакомой ему, улыбкой, что Инструктор не удержался и улыбнулся в ответ. Затем мужчина отвернулся от него и собрался с силами, погрузившись в себя, он призвал ко всем своим силам. И, когда он открыл глаза, все изменилось, даже воздух в лаборатории загустел. Время остановилось, комната потемнела, его черные глаза смотрели только на Киру. На его Киру.
Он наклонился ближе к ее лицу, также стоя у изголовья, открыл ее рот и, не прикасаясь губами, вдохнул ледяной воздух внутрь. Губы девушки покрылись ледяной коркой, но на этом ничего не закончилось: лед продолжал расползаться все дальше по подбородку и до того места, где начиналась пустота до шеи. Там же начала проявляться черная соединительная ткань, которая проследовала уже вдоль, только что созданных шейных позвонков. Ее вены и артерии тоже стали черного цвета. Затем появились гортань и щитовидная железа. Все восстанавливалось с огромной скоростью, но все органы были одного цвета.
Через некоторое время появился кожный покров. И, если вены и другие внутренние органы не будут видны, то кожа оставит навсегда свой след на теле Киры. Она до конца дней будет помнить, что и кто с ней сделал, глядя на эти шрамы. Ледяная корка постепенно стала таять и лишь на губах осталась пара капель, Инструктор долго смотрел на эти капли, о чем-то задумавшись, и услышал, наконец, то, чего уже не ожидал: вдох.
Время вернулось на круги своя. В комнате снова стало ярче, воздух стал свежее. Доктор и Сара стояли в углу лаборатории, разинув рты. Эдриен продолжал улыбаться, но только теперь на его глазах навернулись слезы. А Инструктор, тяжело дыша, с синяками под глазами и совершенно обессиленный, смотрел на Киру, которая лежала на столе и дышала, хоть и была в коме, но дышала, и веки ее дрогнули. И мужчина непроизвольно хмыкнул, а затем еле заметно улыбнулся. Он отпустил ее руку, развернулся и без лишних слов вышел из медицинского центра: ему нужен был отдых. Или девушка, да, определенно ему нужна была новая девушка, немедленно.
Знакомое ему место: бессчетное количество звезд, усеянных в темноте. Не ощущая своего тела, он парил среди этих звезд. Уже и забыл, как давно находился в этом здесь.
— Вернулся, — раздался глас.
— Даже не надейся, я тут не по своей воле, просто уснул от бессилия.
— Ты меня огорчаешь, дитя мое, — И кто-то громко вздохнул. — Десятилетия ты не спал из-за боязни встретиться со мной, но вот, это случилось. Что тебя вынудило?
— Будто не знаешь, — ядовито произнес мужчина, но вокруг него на мгновение все потемнело, и раздался жуткий смех, затем все стихло, и звезды снова зажглись.
— Жизнь может забрать только Смерть и наоборот. Она не нуждалась в твоей помощи. Ей нужна лишь твоя душа.
— Что!? Это она? Я спас второго? Зачем это все вообще?
— Когда воссоединятся две половины, — возвысился голос, — тогда приду я, и наступит мир.
— Я не отдам свою душу. Я жить хочу!
— Тогда забери ее. Но исход один. — И мужчина увидел свет, а затем сильный толчок в бок.
— Эй… — Кто-то шепотом позвал его. — Эй, красавчик, я хочу еще, вставай. — И снова толкнул в бок. Он почувствовал, как его снова хотят толкнуть, перехватил руки девушки и перевернул ее на спину, оказавшись сверху.
— Не буди меня так, женщина. Мне это не нравится. — Сказал Инструктор, глядя сурово незнакомке в глаза. Она испуганно смотрела на него и не смела больше двигаться. Мужчина вдруг передумал, расслабился и впился в нее страстным поцелуем: ему хотелось сейчас только грубого секса и ничего, чтобы восстановить свои силы окончательно.
— Постой… — сквозь стоны сказала девушка, — ты хоть помнишь, как меня зовут?
— Зачем? — В полном недоумении спросил Инструктор. — Ты не знаешь моего имени, я не знаю твоего. Проблемы? — Девушка задумалась на некоторое время, и ответила:
— Наверное, нет.
— Вот и славно, а теперь замолчи и ложись на живот.
