- Рогалики??.. Ах, рогалики... Понятно. Ну, рогалики - это уже серьёзно. Кое-кому влетит. Не мне, конечно.
- Да. И опять же, зависит от количеств... Ну так что? Поискать? Найти? Не найти?
- Право слово, как знаете! Это совершенно не в моём ведении!
- Ясно. Действую по собственному усмотрению... Не обессудьте, - Кейрис встал, намереваясь прощаться. Спохватился: - А, чуть не забыл! У вас кураторский вход в учебную базу...
- Да.
- Давайте-ка, я уполномочен поставить апдейт. Лучше сделаю это от вас.
- Пожалуйста. Вот мой терминал.
- Угу... Отлично... Есть... Лекарство пользуете?
Аахен выразил благородное недоумение:
- Как можно?!
- Ну, как хотите... Но давайте же, поставлю и лекарство! С моего ключа... Вы - ни при чём... Ну неужели вам нужен честный, глухой апдейт?
Аахен всплеснул руками - выдавая выверенный градус возмущённого негодования:
- Нет, ну такого ещё не было! Инспектором шлют отдыхающего пилота, который даже не связан с конторой, кажется... И он же ставит нелегальное лекарство в апдейт - согласен, оно у всех стоит, но не настолько же в лоб! Что, совсем уж плохи дела в Центре - бардак одолел всё?.. Либо - вы меня дурачите: вы - супер-спец; но тогда я уж и не знаю, чем мы так провинились... Ну, расследуйте - скажете, что за страшенные дела тут у нас творятся, самому уж интересно!
Кейрис игриво хмыкнул.
- А почему бы не наоборот? Центр уже не нуждается в жестоких инспекциях, одёргиваниях, подзатыльниках - они-то как раз свидетельствуют о не слишком отлаженной власти. Наоборот: теперь всё управляется мягко и гладенько. Может быть, мой визит - аккуратный сигнал кому-то, чтоб тот без лишнего шума перестал творить фигню, и быстренько внял генеральной линии... А генеральная линия - это нечто тонкое, релятивное; её фибрами души чувствовать надо...
- Н-да. Быть вам генералом, - сухо отозвался воспитатель. - Вы - не пилот, вы - искушённый политик.
- Нет, я именно пилот. В нашей службе, знаете, своеобычны многосуточные зависания в тесном кругу - ждёшь, когда орбиты лягут, например... И приводит это к длиннейшим прениям на философские темы. Сочинить с потолка, для поддержания беседы, политический тренд - это наше, пилотское.
Аахен осклабился, принимая вновь дружелюбие. Взялся объяснить:
- Откуда моё брюзжание. На Рианноне ваша - первая инспекция на моей памяти. И сразу - вот именно такая, раздолбайская, да не оскорбит вас это слово... На Тетрисе, где я раньше служил, часто проверяли. Совершенно иной коленкор... Вот и думаешь: то ли Рианнон - настолько тихое место, то ли отношение к инспекциям изменилось.
- Скорее - первое. Хотя, не берусь судить... Я в роли инспектора впервые, - Кейрис поднялся, - Что ж. Я к вам ещё наведаюсь. А может, нет. Пойду, пораздолбайствую... Я, действительно, отдыхать приехал.
Лучезарнейше улыбнулись друг другу.
На пороге, уже провожая, Аахен вспомнил:
- Да... Вот ещё что. У гостей в первый день бывают странные вызовы: молчат, спрашивают ерунду всякую, грубят даже... Это определённый сорт девушек, определённый момент развития... На второй день, что характерно, проходит. Одноразовый стресс такой.
- Забавно, я как раз с ходу отключил вызовы.
- Завтра уже можете включить. Проверено.
- Спасибо.
- Ну, успехов!
Что ж, Аахен поживей Рихтера. Но тоже скучноват. И бесполезен... Людвига, что ль, помучить?.. И девок. Конечно, девок! Так, до вечеринки полтора часа...
Возвращаясь к себе, решил пройти окольными путями. Миновал несколько отлично замаскированных коттеджей (можно было б посмотреть карту, да ещё и выяснить, кто там живёт - но копаться в планшетке было лень)... Один из домов, чей тыл как-то уж слишком внезапно возник во рассмотрение, заинтересовал симпатичным цветничком: древовидные травы, как бы лес в миниатюре - и шокирующими гигантами цветы выше их крон, редко-меткие, лиловых оттенков - мистическая близость с примесью пепельной сиреневы... Налюбовавшись игрой масштабов, инспектор прошёл по тропинке вдоль стены - и здесь, за витриной бифлекса, отгораживающей входную терраску, узрел Мерисценту: одна коленка вверх; недвижимая, в обществе забытой кружки и упавшей подушки; глядит куда-то в фасадную потустороннюю траву - но на самом деле внутрь себя, ничего не видя...
Было в Мерисценте нечто странное. Вот что: она выглядела как человек, которому только что злоумышленники сообщили, что он должен передать им совершенно неподъёмную сумму, а иначе - ... (подставляем сообразное сюжету и жанру). Вот человек и сидит в оторопи, с жизнью прощается; ни единой мысли, как быть, что делать... Понятно, преувеличение - но было в Мерисцентином состоянии нечто именно от этого.
Ситуация требовала расследования. Несомненно, требовала... Кейрис поднял руку, обозначил себя:
- Привет, Мерисцента! Не помешал?.. Как дела?
Мерисцента встрепенулась. Узрела инспектора. Смертельно застыла взглядом, как будто Кейрис - именно тот человек, который пришёл за неподъёмной суммой...
Новопосвящённый вымогатель попытался разрядить обстановку:
- Прошу прощения. Я зашёл, вероятно, не вовремя... Я полный олух, в ваших порядках. Видимо, я бестактен.
