Справа по траверсу были видны два "кабы", которые продолжавших идти на русский крейсер. Командиры "Сакаки" и "Кусиноки" самоотверженно шли на сближение, чтобы наверняка поразить противника своими устаревшими легкими торпедами. С "Грейга" по японцам стреляли три бортовых орудия. Несмотря на короткую дистанцию, расчетам никак не удавалось поразить обращенные к ним носами маленькие узкие корабли. В 5 кабельтовых от крейсера эсминцы развернулись, чтобы выпустить по четыре торпеды каждый. И в этот момент в "Сакаки", наконец, попали. 130‑мм снаряд пробил борт у грот‑мачты и разорвался прямо под кормовым торпедным аппаратом. Торпеды сдетонировали. Над эсминцем мгновенно разлилось широкое огненное зарево, весь корабль окутало облако черно‑желтого дыма. Сквозь дым на идущем следом "Кусиноки" успели заметить лишь задранный вверх нос "Сакаки", быстро уходящий под воду.
"Кусиноки" и сам оказался под обстрелом. Русские вели огонь почти в упор. Эсминец сразу получил пробоину в машинное отделение, разорванный паропровод лишил корабль хода, от взрыва на снарядных кранцах начался сильный пожар. Но корабль всё же успел сделать торпедный залп. Командир "Кусиноки", лежа на разбитом мостике с оторванными ногами, радостно засмеялся, при виде, как четыре белых дорожки тянутся к русскому крейсеру. "Адмирал Грейг" накренился, на пределе остойчивости поворачиваясь прямо на идущие торпеды. На полубаке крейсера утверждали, что слышали жужжание их винтов и свист сжатого воздуха, когда крейсер прошел между мчавшимися под водой всего в десяти метрах друг от друга торпедами. Ну, а потом "Грейг" на полном ходу протаранил не успевший уклониться "Кусиноки", со скрежетом врезался форштевнем между мостиком и дымовой трубой эсминца, перерубив его пополам. Носовая часть "Кусиноки" затонула сразу после удара. Позади осталась плавать лишь искореженная корма, охваченная огнем от разлившейся нефти. "Грейг" отделался смятым форштевнем и затопленным до броневой палубы форпиком.
Дав пару залпов вдогонку уходившему "Тацуте", "Адмирал Грейг" направился к месту гибели "Капитана‑инженера Мациевича". Там виднелось несколько шлюпок с людьми. Туда же спешил и уцелевший "Штабс‑капитан Нестеров". Миноносцы "Бойкий" и "Бравый" погнались за оказавшимся вблизи от них "Наси". Поврежденный японский эсминец мог отстреливаться только из одного бакового 120‑мм орудия, но русские старались держаться по корме, ведя огонь из своих 75‑мм пушек. "Наси" получил несколько пробоин, в том числе ‑ и подводных. Его спасло прибытие на помощь "Кая", заставившего "Бойкого" и "Бравого" отступить. "Наси" и "Кая" взяли вместе курс на север, к Канко. Туда же шел и державшийся отдельно "Нире". "Адмирал Грейг" мог легко догнать и расправиться с тремя эсминцами‑калеками, но капитан 1‑го ранга Дараган дал команду поворачивать на юг, где продолжалось сражение крейсеров и эсминцев.
Под градом снарядов охвативших их с трех сторон русских кораблей эсминец "Амацукадзе" и четыре эсминца "момо" рвались на восток . Этот прорыв не прошел для кораблей принца Хироясу безболезненно. Особенно пострадали концевые эсминцы. У "Кувы" 130‑мм снаряд снес грот‑мачту, вывел из строя кормовые орудие и торпедный аппарат, выбив заодно осколками их расчеты. На "Наре" русский снаряд разорвался в радиорубке. Охвативший ее пожар был вскоре потушен, но затем эсминец получил новое попадание в машинное отделение, где пришлось останавливать левую турбину, теряя скорость. Досталось, впрочем, и преследовавшим японцев "новикам". На "Капитане Керне" близкий взрыв снаряда вывел из строя, заклинив вращение, все три кормовых орудия. Снова сказался недостаток размещения основной части артиллерийского вооружения русских эсминцев в одном месте. У "Капитана Кроуна" 120‑мм снаряд разнес рубку и мостик, убив или тяжело ранив всех, кто там находился. Среди погибших оказался командир корабля Николай Александрович Гельшерт, известный своим участием в полярных экспедициях вместе с Колчаком, тогда еще не адмиралом. "Кроун" выкатился из линии, пока старший минный офицер не наладил управление из рулевого отсека. Командир дивизиона капитан 1‑го ранга Владимир Белли дал с "Капитана Белли" приказ о прекращении преследования японцев и о возвращении к своим крейсерам, тем более, что их присутствия требовал и контр‑адмирал Порембский.
