Он вздрогнул, это я с треском отломил подлокотник кресла, вроде бы из дерева или его имитация, показал огню, словно дразня, и бросил в сторону. Как я и надеялся, пламя ринулось следом, ухватило, но не принесло мне, чего я ждал в напряжении и с некоторым содроганием, а ринулось обратно в камин.
Я проводил его взглядом, огонь прошел сквозь каминную решетку, словно ее и нет, устроился на своем месте, даже стал ниже, словно прилег, держа подлокотник передними лапами.
- Хорошо, - сказал я с облегчением. - Пусть грызет.
- Это для него вроде кости? - спросил Гугол. - Вы находчивый, сэр Ричард!
- Еще какой, - согласился я. - Во всем, что не касается дела. А если полежать, поесть, выпить или по бабам, так вообще моей изобретательности нет предела и ограничений в виде скорости света или размеров вселенной.
Он похлопал добрыми глазами, лицо чуточку виноватое, не все мои военные термины понимают, у солдат свой жаргон, сказал просительно:
- А если эти вот зерна, от которых у меня мороз по коже, взять и выставить на подносе где-нибудь на открытом месте?
- Зачем?
- Вдруг Маркус почует, - сказал он, - и восхочет…
- Да их трудно почуять, - сказал я с сомнением, - хотя кто знает… А вот если заставить проснуться, то… гм… шансы намного выше.
- Сэр Ричард!
- Да, - ответил я, - конечно, я сперва попробую понять, что тут ты насобирал.
Он вздохнул, поднялся.
- Это рядом. Пойдемте. Покажу, но сам туда не пойду.
Рядом - это за стеной, что выдвинута в зал, как Белый Рог в океан, разделяя Сен-Мари и Вестготию. Мы обходили ее минут десять, я иногда на ходу касался ровной и настолько гладкой поверхности, что просто абсолютно, ни одна муха не удержится, да что там муха: никакая грязь не прилипнет, даже клей не удалось бы налепить, там просто нет микроскопических вмятин, чтобы зацепиться.
Гугол дошел до края, повернул, но сразу же остановился, будто ударился о стеклянную стену.
- Вон там, - сказал он мрачно.
Стена на самом деле не стена, а как бы декоративный выступ в большой зал, хотя я не верю в пустые декорации, всякий умный человек поместит в них что-то нужное, а замаскировать можно и цветочками. За этим выступом почти такое же нежилое пространство, больше похожее на свободное место, куда нужно поставить огромные и мощные агрегаты.
Но пока пусто, однако же Гугол смотрит дикими глазами и даже сделал полшага назад.
- Да ладно тебе, - сказал я. - Пойдем посмотрим, что там. Невидимое, что ли? Так пощщупаем…
- Нет, сэр Ричард. Ни за что!
Я махнул рукой и двинулся вперед подчеркнуто уверенно. Орлы везде орлы, а в присутствии таких вот кур мы еще орлее, а крылья у нас ого-го…
Нечто коснулось моего сознания, но почти как незаметный ветерок, что даже волосы не шевельнет на голове, а так, одно ощущение, хотя да, я напрягся и замедлил шаг, начиная двигаться так, словно могу наступить на мину.
Стены исчезли, я еще не опустил стопу на пол, как все потемнело на краткий миг, и тут же я ощутил себя внутри огромного существа, настолько огромного, что вот справа и слева спиральные галактики, дальше звездные скопления, знакомые по снимкам, а сам я медленно и чудовищно уверенно двигаюсь между звездными островами, хотя на самом деле, судя по тому как они неспешно поворачиваются, скорость у меня засветовая… и даже боюсь подумать насколько.
Этот красный мир, похожий на гигантскую воронку, для Гугола всего лишь застывший огненный вихрь, глупо говорить ему, что в нем двести миллиардов звезд, из которых половина намного крупнее и жарче нашего солнца…
Я отдаляюсь, насколько понимаю, от точки входа на огромной скорости, исполинская воронка в том месте отодвигается, уменьшаясь в размерах, и мир вокруг нее из красного становится багровым, а потом и черным, отвратительно и пугающе черным, но я вижу в нем жуткую и нереальную красоту.
Собравшись, я сделал чудовищное усилие, и хотя не то нейтронная звезда, не то космическая зверюка размером с галактику, но что-то осталось и от человека, ноги послушно сделали шаг вперед, и снова я в громадном и причудливом помещении из металла, только в ушах еще звучит, затихая, музыка вселенной, а тело перестает покачиваться, направляя полет в нужную сторону.
Далеко-далеко из-за спины донесся вздрагивающий голос Гугола, полный страха:
- Сэр Ричард… Вы там?
Я не решился оглядываться, чтобы снова не ощутить себя чем-то предельно нечеловеческим и в таком же вселенски нечеловеческом окружении, смотрел во все глаза на помещение, самое необычное, какое только могу представить.
- Гугол, - выдавил я с трудом, - скоро вернусь.
Он тут же заорал:
- А что там?
- Потом, - ответил я непослушными губами.
Эта большая комната, куда пройти можно только через этот ужас, выглядит готовой принять хозяина. Не мигает никаких примитивных лампочек, синтезированные голоса не говорят стандартные приветствия и не сообщают об исправности всех систем, дескать, можно начинать, просто ощущение и уверенность, что здесь все исправно и ждет моих команд.
- Погодим, - проговорил я с сильно бьющимся сердцем. - В следующий раз… буду свободнее.
