Покинув учреждение в конце рабочего дня, Святослав неторопливо шел по городской набережной, улыбаясь и в хорошем настроении. Он думал, что жизнь его складывается неплохо, в свои двадцать семь лет он добился интересной высокооплачиваемой работы, которая ему нравилась. Находясь в тени, и населению планеты не известный, он среди особо приближенных в верхних эшелонах власти ценился как умный и грамотный специалист, составляя тексты речей для высокопоставленных лиц государства. Он досконально разбирался в политических и мировых финансовых вопросах. Сильные Мира сего через микрофон в микронаушниках повторяли звучащие в их ушах написанные для них слова, и произносимая речь всегда имела успех и сопровождалась овациями. Однако Святослав понимал, что все сказанное этими людьми оставалось лишь на слуху. Ни стремлению к Миру, ни к благополучию человечества это не имело никакого отношения. Только нажива и власть – это главное, что было нужно этой элитной категории граждан. К своему великому огорчению, он видел, что без истинной любви к человеку, к существу себе подобному невозможно что-либо исправить в таких непростых отношениях, которые можно обозначить как правительство плюс народ. Скорее в этом словосочетании подходит не плюс, а минус.
Не задумываясь, что что-то можно в мире изменить, Святослав смирился с этим положением и лишь хорошо выполнял свою работу. Он, сколько себя помнил, жил в хорошей семье с добрыми родителями, к несчастью, они несколько лет назад погибли в автомобильной катастрофе, и теперь он жил один, часто вспоминая мать и отца, каждый месяц навещал их на кладбище. Из рассказа родителей он знал, что он был им не родной ребенок, и что взяли они его на воспитание из детского дома. В интернат Святослав попал каким-то странным образом, его подобрали на улице в возрасте трех лет, одет он был в красивую одежду. Вначале все время молчал, будто прислушиваясь к чему-то, потом стал разговаривать; и говорил не как ребенок в соответствии со своим возрастом, а как умный человек. Не по возрасту развитый и смышленый мальчик он всегда вызывал зависть у своих сверстников и потому его всегда сторонились и дразнили, обзывая «умником», пытались затеять с ним драку, чтобы проучить. Но каждый раз, подходя к нему с такими намерениями и заглянув в его ставшими огромными черные зрачки, пятились назад, сами не понимая, почему чувствуют неизъяснимый страх. После таких инцидентов его звали то «умник», то «колдун», но, в конце концов, оставили его в покое, не дружили с ним и не задирались. Маленький Святослав не слишком переживал по этому поводу. Добрый, он не держал зла на детей, всегда находил себе занятие, рос подвижным и очень здоровым. Когда вырос, поступил в институт, закончил его на «отлично». Всегда интересовался вопросами внешней и внутренней политики и экономики своей страны, многочисленные публикации в известных журналах привлекли к нему внимание определенных служб правительства, и после окончания института его сразу же пригласили работать в очень престижное учреждение, из которого он впоследствии перешел на службу в один из кабинетов Первого Дома страны. И сейчас, не думая ни о чем, облокотясь о парапет, молодой человек любовался водной гладью городской реки. Синева неба и ласковое солнце согревали его душу. Он словно физически ощущал чье-то нежное прикосновение к своему лицу, чувствуя, будто сверху на него снизошла чья-то доброта и участие.
Небо засеребрилось, и Святослав вдруг увидел изображение странных трех фигур на небосводе. Они были в белых балахонах и с крестами на груди, у каждого над головой светился нимб. Один из троицы, это был Эдин, протянул вперед руку, направил ладонь на Святослава, прочертив прямую линию. Луч света коснулся застывшего в недоумении парня, засветив изнутри его тело, не причиняя вреда. Зазвучавший сигнал на руке встряхнул Святослава, он посмотрел на запястье – там были часы, он только недавно надел их на руку, много лет они лежали в коробочке, и ими никто не пользовался. На часах со странным узорчатым браслетом и множеством кнопочек, предназначения которых он не знал, замерцал огонек. Вскинув глаза, молодой человек увидел, что пронзивший его лучом мужчина улыбнулся, связь была установлена. За этим они здесь и появились. Не сказав ни слова, Старейшины Мира исчезли так неожиданно, как и появились, лишь дымка и небольшие облачка остались на этом месте. Парень был в недоумении, что произошло: привиделось это ему или нет. Звучавший несколько минут назад сигнал прекратился, и все было как прежде, ничто не напоминало о видении, и, постояв еще немного, ничего больше не дождавшись, Святослав решил, что это был сон наяву, видимо такое бывает. Ни в мистику, ни в сверхъестественные силы он не верил.
