Не успев еще разбросать необходимое количество баллонов по предварительно рассчитанной территории, Алекс и Глыз стали свидетелями, как, заполняя все окружающее пространство, быстро разрасталось, словно тесто на дрожжах, плывущее месиво всепоглощающего на своем пути вещества. Дойдя до тысячекилометровой трещины, уходящей вверх к поверхности Земли, пузырясь и издавая странные, неестественные звуки, поток субстанции изменил свое направление, стремясь максимально заполнить встреченную на своем пути пустоту.
Уставшие, но довольные, Алекс и Глыз смотрели на результат работы своих рук. Все шло по плану.
«Нужно возвращаться», – сказал Глыз, – заберем Рика с девушкой чтобы оставить для себя открытой дорогу к тоннелю наверх, в той стороне пока работы проводить не будем, а уже на обратном пути домой разбросаем оставшиеся баллоны».
Тарелка взлетела и понеслась прочь, оставляя позади себя нарастающий гул от плывущего, стреляющего пузырями месива.
Рик отлично помнил место, где Феликс чуть не сжег его в огненной лаве, оглядевшись немного, он вдруг увидел висящую Джелли; и, похоже, она был без сознания.
Подлетев, он решил сначала привести ее в чувство, легонько хлопая по щекам и тормоша девушку. Цепи плотно держали ее в своей ловушке. Достав зажигалку Рик, быстро стал пережигать звенья. Джелли очнулась; широко открыв глаза, она изумленно воскликнула:
– Рик, это ты, не может быть, но как же ты здесь оказался?
– Успокойся, Джелли, сейчас я тебе помогу. Обхвати меня рукой за шею, чтобы не упасть.
Девушка послушно обвила его шею руками.
– Как я рада, что вы такие замечательные, – Джелли была растрогана до слез.
Рик хотел, обхватив девушку, подняться вверх по цепи, но вдруг неожиданно раздался сильнейший грохот, цепь затряслась и закачалась. Удары слышались один за другим, создавалось впечатление, что кто-то нечеловечески сильный хочет перерубить цепь. Взглянув вверх, Рик увидел Феликса, взмахивающего тесаком и бьющего по кольцам, тут же послышался громкий металлический звон дрожащей цепи. Удары сыпались один за другим вперемежку со злобным хохотом Феликса. Цепь сильно качалась, не давая возможности Рику пользоваться инструментом. Феликс не торопился видимо ему доставляло большое удовольствие видеть беспомощность, смятение и страх висящих на цепи. Или, возможно, он тянул время из-за возникшего чувства симпатии к Джелли, которое и удерживало его от совершения непоправимого шага. Перекинув из-за плеча в руку автомат, Рик хотел поразить Феликса снизу и прицелился, но это было невозможно: поражающий луч все время уходил в сторону. Оставив эту затею, Рик вновь лучом, как можно быстрее кромсал цепь, чтобы освободить из плена Джелли. Одновременно с последним ударом Феликса, когда цепь полетела вниз, Рик пережег последнее звено. Отбросив цепь в сторону, он схватил девушку на руки, но тут же пошел на снижение: его летательный мелкокалиберный аппарат был рассчитан только на одного. Изо всех сил стараясь удержать равновесие, Рик все же планировал вниз, прямо в пасть раскаленной лавы. И о том, чтобы подняться вверх вдвоем, нечего было и думать. Лицо Рика исказило отчаяние, он не знал, как ему поступить: бросить женщину погибать и спастись самому или принять достойную смерть, чтобы потом до конца своих дней его не мучила совесть.
«Рик, отпусти меня, пожалуйста», – взмолилась чуть не плача Джелли, пытаясь оттолкнуть его от себя, вырываясь из рук.
Задыхаясь от напряжения и жара, исходящего от потока вулканической лавы, Рик решил, что будет до последнего мгновения бороться за жизнь девушки, не обращая внимания на ее мольбы, чтобы он ее отпустил. И вдруг он понял, что она кричит ему прямо в лицо: «Я птица, я сама умею летать, немедленно отпусти меня!».
Почти ей не веря, он все же ослабил руки, и она выскользнула из его объятий. За доли секунды, совсем немного не долетев до огненного месива, она успела сбросить плащ, из-под которого широко расправились великолепные крылья. Взмахнула ими, правда, немного все же опалив перья. Теперь уж она подхватила Рика, уставшего и обессиленного в борьбе за ее жизнь. Сцепившись руками, они благополучно добрались до кромки обрыва.
Совсем не ожидая такого поворота, Рик с восторгом и удивлением рассматривал крылья Джелли, которые, оказывается, она под видом горба, впрочем, так думали только они, умело прятала под плащом. За исключением крыльев у девушки остальные части тела были как у всех людей: красивая точеная фигура, стройные ноги, милое лицо. Смущаясь от явно откровенного к себе внимания Рика, она прикрылась, сложив впереди себя широкие крылья.
«Ты удивила меня, Джелли, – воскликнул Рик, – как хорошо, что ты оказалась крылатой».
