В базарный день, естественно, Фульману никто не целует ноги. Он идет убивать Ворена. В это время Ворен трогательно готовит семью к эвакуации: «Вы все уезжайте в деревню и помните, что вы из древнего рода Воренов, вас все должны уважать». Жена Ниоба убегать отказывается (молодец!), а Пулло непрерывно точит ножи, мечи, сабли, топоры и распихивает их по всему дому.
Д. Пучков: Опыт.
К. Жуков: Весь дом завален холодным оружием.
Д. Пучков: Они так много оружия приготовили, потому что, как я понимаю, оно из рук вываливается – типа может соскользнуть, может не выдернуть, если между ребер воткнул?
К. Жуков: Скорее всего.
Д. Пучков: Многие не в курсе, что, если нож воткнуть между ребер, его трудно вытащить.
К. Жуков: Очень тяжело.
Д. Пучков: Поэтому как только затевается подобное мероприятие, желательно в ноже просверлить отверстие и продеть веревочку… Почему у них веревочек не было на рукояти?
К. Жуков: Римляне темляков не использовали.
Д. Пучков: Странно. Дело-то нужное.
К. Жуков: Ну, поскольку легионеров учили колоть, они старались в ребра-то не тыкать.
Д. Пучков: В пузо, да?
К. Жуков: В пузо, за ключицу, в шею.
Д. Пучков: Там, где не застрянет.
К. Жуков: Это шпагой хорошо в ребра тыкать, потому что она узкая.
Д. Пучков: Для этого она и предназначена.
К. Жуков: Во-первых, она для этого сделана, во-вторых – до сих пор, когда ставят укол на спортивном фехтовании, бывает укол в пронаций и супинаций. Клинок должен идти строго параллельно земле, чтобы, если попадет в ребра, скользнул между ними, а не застрял. Хотя, казалось бы, теперь это никакого практического смысла не имеет.
Д. Пучков: Для малограмотных – в руке мышцы пронаторы и супинаторы.
К. Жуков: Ну а вместо Фульмана с его бандитами внезапно приходит целый…
Д. Пучков: Не вместо, он его чуть-чуть опередил.
К. Жуков: Эти уже собрались рубиться, а тут объявляется куча ликторов, приходит Гай Юлий Цезарь и делает Ворену политическое предложение: баллотироваться в магистраты.
Д. Пучков: И на это опять-таки мало внимания обращают. Посмотрите, с какими вызовами сталкивается гражданин Люций Ворен. Рушат его любимую республику.
К. Жуков: Как ему кажется.
Д. Пучков: Да. Тут кровавый тиран, попирающий сапогами закон и республику. И незатейливый выбор, куда работать-то идти, чем заниматься. И грамотные речи Цезаря из серии «что ты можешь сделать для города».
К. Жуков: «Ты же не для меня, ты же для страны».
Д. Пучков: Прямо слышно, как шестерни у Ворена в башке скрежещут.
К. Жуков: Здесь не совсем правильно показали, потому что магистрат – должность выборная. Цезарь не мог никого назначить магистратом, он мог только выдвинуть кандидата. А тут он вытаскивает Луция Ворена на балкон и говорит: «Префект Ворен со мной». Все кричат: «Ура! Аве Кесарь!» Такое впечатление, что Ворен уже назначен. Ни фига подобного. Цезарь заставил его баллотироваться на должность магистрата от своей партии. И неясно, в какие именно магистраты собирается баллотироваться Луций Ворен, потому что их было много. Любой начальник – магистрат (от «магистр» – старший).
Д. Пучков: Старший приказал. Старший приказал.
К. Жуков: И Цезарь тоже магистрат. Только он экстраординарный, он высший магистрат-диктатор. А Ворен? Может быть, квестор? Подозреваю, что он был эдилом. Цезарь же коллегию эдилов расширил. Было два плебейский эдила, два курульных эдила, и Цезарь придумал еще два кериальных эдила. Вот в какие-то эти новые эдилы и собираются выбирать Ворена.
Д. Пучков: Ну, понятно же, что на какую-то государственную должность.
К. Жуков: Да. Ворен плебей, а эдилы при Цезаре должны были быть строго плебеями. Это раньше они могли быть из знати. Теперь нет, вы с плебеями общаетесь, значит, должны быть из народа. И видимо, Ворена в эдилы… Это дальше видно по каким-то косвенным данным… У него потом будет белая тога с пурпурной полосой. Но он не мог такое носить.
Д. Пучков: Не положено.
К. Жуков: Квестор теоретически мог бы носить с узкой пурпурной полосой… А может быть, в квесторы его избрали. Темна вода во облацех. Этот вопрос сериал ловко обходит.
Д. Пучков: Пока Цезарь его там представляет, прибежавший Эраст Фульман…
К. Жуков: Обнаружил крышу.
Д. Пучков: Поводив жалом и походив вдоль строя, понял – что-то не срослось.
К. Жуков: Толпа легионеров стоит перед входом. И у всех такие щи каменные.
Д. Пучков: Ясно, что пришел кто-то серьезный…
К. Жуков: Да. ФСО охраняет хрущевку.
Д. Пучков: Сомнений нет.
К. Жуков: Серия заканчивается тем, что Тит Пулло яростно квасит в одно жало во дворе дома, потому что теперь уже и в мясной лавке не поработаешь, поскольку друган и начальник бывший пошел на какое-то чудовищное повышение. А ему что делать?
Д. Пучков: Взлет ракетой.
