К. Жуков: Я не понял. Китайцы тоже скопировали суда карфагенян?
Д. Пучков: Или карфагеняне с китайцев.
К. Жуков: Во-первых, когда вы говорите, что вам какая-то история что-то рассказывает, сразу указывайте, где вы это вычитали. Во-вторых, прямое перенесение опыта греческих военно-морских конфликтов на римские военно-морские конфликты невозможно. Нельзя сказать, почему римляне не делали так же, как греки, а финикийцы так же, как персы… Для этого есть чудовищное количество причин. Греки даже на самом пике могущества не могли выставить такого флота, какой мог выставить Рим. Рим был больше, богаче, а корабль – штука довольно дорогая, и от денег тут много чего зависит. Римляне могли выставить изрядную флотилию и за счет количества кораблей нивелировать отсутствие такого утонченного мореходного искусства, какое было у финикийцев.
Д. Пучков: Бог всегда на стороне больших батальонов.
К. Жуков: Так точно. Линейных бригад…
Д. Пучков: Да.
К. Жуков: И полубригад.
Д. Пучков: Есть же известная басня, что они на берегу построили деревянные ящики с уключинами – тренажеры. Посадили людей на весла, чтобы отрабатывать движения. Хорошо грести непросто, я думаю…
К. Жуков: Весьма непросто.
Д. Пучков: Учитывая разную длину весел. Греки в этом искусные были. Главное, наверное, в капитанах. Один бил в барабан, а другой кричал: «Справа греби, слева табань!»
К. Жуков: Не только. Какой бы ни был капитан, коллектив гребцов должен быть очень слаженный. Чтобы по пятьдесят весел с каждого борта одновременно гребли…
Д. Пучков: Кстати, советуем всем молодым людям отправляться в академическую греблю. Ничто так не развивает организм мужчины…
К. Жуков: Да. На самом деле задалбывает эта гребля так, что к концу мероприятия ты чувствуешь себя, с одной стороны, мощным, потому что выдержал, а с другой – маломощным, потому что у тебя вся энергия вышла.
Д. Пучков: Не зря она рифмуется с другим словом.
К. Жуков: Так то тоже академическая.
Д. Пучков: Да!
К. Жуков: Это второе, что требуется для развития организма мужчины. Академическая гребля и другая тоже гребля.
Д. Пучков: Академическая.
К. Жуков: Да. Сразу нужно сказать, что все эти корабли на веслах ходили в боевом режиме и когда нужно было резко сманеврировать. А так – под парусом. И вот если встречался флот финикийцев с флотом римлян, оказывалось, что у римлян все гребцы – это легионеры, которые в любую секунду готовы побросать свои весла, из-под баночек достать тыкалки металлические и с воем броситься на абордаж. Или на отражение абордажа.
Д. Пучков: Я считаю, что для парней, которые умели только грести, это было неприятно.
К. Жуков: Конечно. И римляне поступили правильно: поняв, что финикийцы лучшие мореходы, и учитывая, что в Античности не было никаких специальных мореходных училищ, где можно было бы целенаправленно готовить флотские экипажи, они приняли единственное верное решение: на каждый хороший финикийский корабль с замечательными финикийскими морскими офицерами сделать пять римских кораблей. Римляне массово применяли различные абордажные средства типа корвусов – этих знаменитых «воронов», мостиков с крюками, которые впивались в палубу вражеского корабля и по которым весь «вокс попули», размахивая металлическими предметами, бежал воевать.
Д. Пучков: Финикийцы были к такому не готовы.
К. Жуков: Да. Они, видимо, еще по старой античной традиции рассчитывали ловкими маневрами, тараном разбить римлянам весла, лишить корабли хода, пострелять из катапульт, из луков с нужной дистанции, в общем, как-то интеллигентно…
Д. Пучков: Как положено.
К. Жуков: А тут ни фига подобного.
Д. Пучков: Флотские традиции были растоптаны.
К. Жуков: Да.
Д. Пучков: Римским сапогом.
К. Жуков: Конечно, это упрощенно. Но, учитывая, что римляне карфагенян победили, значит, их подход оказался лучше, что подтвердила практика.
К. Жуков: Ты не поверишь – это про Цезаря.
