Де Флёри вспомнил, как воспитывал юного короля. Когда Людовик не хотел заниматься латынью или английским, он также убегал в место, где ему комфортно, то есть в спальню или в дальний зал дворца, и отворачивался от любых собеседников, предпочитая смотреть либо в стену, либо в окно. Некоторые привычки остаются неизменными всю жизнь, меняются только комфортные места…
— Огонь! — приказал Таргус.
Три испытателя начали разряжать в кирасу револьверные винтовки. Это было одновременным испытанием как тестового образца кирасы, так и партии револьверных винтовок для франков.
Когда отстрел барабанов закончился, Таргус подал знак о запрете стрельбы и направился к кирасе, расположенной в двадцати метрах.
Она была измята множественными попаданиями, но, в отличие от предыдущих образцов, изготовленных мастерами-бронниками, не была пробита. Пусть такой массированный обстрел точно убьёт Карла Фридриха, но одиночное попадание его не прикончит, а это и есть цель. Наёмные убийцы, как правило, имеют только один выстрел.
— М-хм. Интересно, — Таргус приподнял висящую на стенде кирасу. — То, что нужно. Произведите два комплекта тестовой брони № 17. Со всем тщанием, так, словно его будет носить курфюрст Шлезвигский.
Мастера-бронники, наблюдавшие за расстрелом очередного их детища, заулыбались.
— Всё будет в лучшем виде, Ваше Сиятельное Высокоблагородие! — на ломаной латыни заверил Таргуса Винченцо Марини, нанятый в Венеции потомственный бронник, специализирующийся на изготовлении брони для крайне знатных особ.
— Надеюсь на вас, — усмехнулся Таргус.
С «итальянцами» он разговаривал на латыни, они понимали его через раз, но ему было плевать. Мутировавший под воздействием вульгарной латыни язык лангобардов он учить наотрез отказывался. Поэтому у «итальянцев» было только два варианта взаимодействия с ним: не до конца понимать высокую латынь или говорить на хохдойче.
Марини выбрал первый, так как совершенно не говорил на хохдойче.
Направившись на патронную фабрику, Таргус вошёл в производственный цех, а точнее в отдел упаковки.
Новые бумажные патроны с ударными капсюлями, под которые переделываются мушкеты, становящиеся настоящими винтовками, покоились в многочисленных ящиках.
Мушкеты переделывались следующим образом: ствол менялся на модернизированный нарезной, то есть это означало, что эра гладкоствольных пугачей для легионеров закончилась и нормативы по стрельбе скоро станут гораздо жёстче, патроны заряжаются со ствола, но при этом в видоизменённое запальное отверстие сбоку ствола помещается стаканчик ударного капсюля, по которому будет бить ударник переделанного ударно-кремнёвого замка, лишённый кремня и огнива, запирающий собой запальное отверстие и капсюль. При взведении курка, из-за давления газов в стволе пустой стаканчик капсюля вылетает из запального отверстия, а если нет, то его нужно вырвать штатным штык-ножом, уцепившись лезвием за закраину капсюльного стаканчика. Но последнее встречается раз в сорок-пятьдесят выстрелов.
Получилось надёжно и дёшево, так как не пришлось изготавливать новые ударные замки, превратив имеющийся ударно-кремнёвый замок во внешний курок с ударником с минимумом модификаций.
Для особых стрелков выпускалась другая модель, представляющая из себя полноценную казнозарядную винтовку с простым и не очень удобным продольно-скользящим затвором, в которую тоже необходимо было отдельно докладывать ударный капсюль.
Он мог приказать делать для стрелков патроны с заранее установленным капсюлем, но тогда это создало бы два вида патронов, которые внешне отличались бы не слишком сильно, поэтому Таргус пошёл на незначительно замедление перезарядки винтовок стрелков, не усложняя логистику и устраняя даже гипотетическую возможность путаницы.
Казнозарядные винтовки с продольно-скользящим затвором — вот за чем будущее, он знал это из истории своего родного мира. С револьверными вариациями пусть мучаются остальные, благо, Таргус создал нужные условия, продав всем значимым державам Европы по несколько эталонных образцов.
Работа шла медленно. В день переделывали по тридцать-пятьдесят винтовок, так как все рабочие оружейного цеха были заняты выполнением «свадебного заказа». Но даже по выполнению заказа слишком уж большого прироста скорости ожидать не стоит: конвейерная лента не позволяет переделывать мушкеты достаточно быстро, к тому же сильно «тормозит» работу ОТК, который проверяет все без исключения винтовки, а не выборочно из партии. Каждая винтовка должна быть обстреляна и поверена по точности боя и состоянию механизмов.
В ближайшие два-три года перевооружение будет завершено, тем более что Таргус не велел слишком торопиться, напирая на качество изготовления.
А вот лет через шесть-семь все его легионы будут переоснащены казнозарядными винтовками, вот тогда-то он и заживёт полноценно… Никто не сможет противостоять натиску армии, использующей тактику стрелковых цепей и прицельно стреляющей по 9-12 выстрелов в минуту на дистанцию до 500 метров.
