LXVII. Но более всего он просил их, устанавливая новое государственное устройство, обратить внимание на то, чтобы не пройти мимо неплохого ныне принятого обычая, говоря, что каким бы ни был общественный образ жизни полисов, очень важно, чтобы были созданы соответствующие условия жизни частных лиц. Ведь есть не самый худший в общинах или семьях — чтобы каждый жил к собственному удовольствию и чтобы низшим все из милости или по необходимости предоставлялось от высших. Поелику исполнение требований глупцов не удовлетворит плебеев по получении испрошенного, но они тотчас предъявят другие, более значительные вожделения, то так будет продолжаться до бесконечности, поскольку это более всего свойственно черни. Ибо каждый в отдельности постыдился бы или под давлением более сильного побоялся бы действовать так, но сообща плебеи всегда вполне готовы поступать противозаконно, взяв в подмогу наклонности тех, кто требует равноправия. 2. Он сказал также, что сенату без всякой меры и ограничений следует воспрепятствовать зарождающимся, но еще управляемым желаниям безумной толпы, пока бунтовщики еще слабы, а не пытаться сокрушить их, когда они станут сильными и многочисленными. Ведь все люди, окрыленные сделанными им уступками, имеют гораздо более тяжелый характер, чем те, чьи надежды оказались тщетными. 3. Аппий перечислил множество случаев, касаясь дел греческих полисов, которые, будучи по тем или иным причинам изнеженны, позволили зачаткам дурных обычаев одержать верх, а затем уже не имели сил остановить и уничтожить их, вследствие чего вынуждены были дойти до позорных и ужасных бедствий. Он сказал также, что государство подобно одному человеку, так как сенат уподоблен человеческой душе, а народ — телу. 4. Итак, если патриции позволят, чтобы безумный народ управлял сенатом, то, по словам Аппия, они испытают подобное тем, кто подчинил душу телу и будут жить не по разуму, а под влиянием страстей. Если же сенаторы приучат народ к тому, чтобы он повиновался сенату и направлялся им, то это означает действовать подобно людям, подчинившим тело душе и ведущим свою жизнь к лучшему, а не к наиболее приятному. 5. Аппий показал, что не будет большого вреда для города, если бедняки, раздраженные тем, что им не простили их долгов, не захотят из-за этого браться за оружие, сказав, что лишь немногим из них совершенно нечего терять, кроме самих себя: такие своим присутствием в войсках не окажут обществу сколько-нибудь значительной помощи, а их отсутствие не нанесет ущерба. Он напомнил сенаторам, что имеющие самый низкий имущественный ценз занимают в сражениях последнее место и находятся во вспомогательных частях построенных в фалангу воинов, присутствуя лишь ради устрашения врагов, так как не имеют никакого оружия, кроме пращи, польза от которой в битвах самая ничтожная.
