XI. А мятежники и изгнанники, сидевшие в засаде на горе около Авернского озера[766], расположенной близ Кум, как только проведали, что войско тирана ушло из города, о чем сигналами сообщили им лазутчики, посылают из своих рядов около шестидесяти самых отважных воинов, одетых в шкуры и с вязанками хвороста. 2. Они с наступлением ночи под видом поденщиков незаметно проникли в город через разные ворота. А когда оказались внутри стен, то, вытащив мечи из вязанок, где их прятали, собрались все в одном месте. Затем, сообща бросившись оттуда к воротам, ведущим к Авернскому озеру, они убивают их спящих стражей и впускают в открытые ворота всех своих, находившихся уже вблизи стены: и это они проделали, оставшись незамеченными. 3. Ведь как раз в ту ночь случился какой-то общественный праздник, вследствие чего все городское население пило вино и предавалось другим удовольствиям. Это позволило мятежникам совершенно беспрепятственно пройти по всем улицам, ведущим к дому тирана, причем даже у дверей они не нашли сколько-нибудь значительной бодрствующей стражи, но и здесь либо уже спящих, либо пьяных, которых без труда зарезали и толпой кинулись в дом, где, как овец, закололи всех остальных, из-за вина уже не владевших ни телом, ни разумом. Схватив же Аристодема, его детей и прочих родственников, повстанцы до глубокой ночи истязали их, пытали и бесчестили всякими, так сказать, оскорблениями, а затем убили. 4. Уничтожив с корнем род тирана, так что не оставили ни детей, ни женщин, ни каких-либо их родственников, и в течение всей ночи разыскав всех соучастников власти тирана, они с началом дня отправились на городскую площадь. Затем, созвав народ на собрание, изгнанники слагают оружие и восстанавливают отеческий политический строй[767].
XII. Итак, именно у этого Аристодема, который уже почти что четырнадцатый год был тираном Кум, изгнанные с Тарквинием римляне хотели решить свою тяжбу против родины. Римские же послы некоторое время возражали, что, мол, явились они не для такого рода спора и не имеют полномочий, которых сенат им просто не предоставил, защищаться от имени государства в суде. 2. Однако, поскольку ничего у них не получалось, напротив, они видели, что тиран, благодаря хлопотам и просьбам изгнанников, склонился к другой стороне, то, попросив время для защиты и оставив за себя в залог деньги, послы тайно бежали из Кум во время судебного процесса, так как никто их уже не сторожил. А их слуг, вьючных животных и привезенные для закупки хлеба деньги захватил тиран. 3. Итак, названным посольствам, испытавшим такие невзгоды, пришлось вернуться безрезультатно, но в городах Тиррении послы закупили просо и полбу и доставили в Рим на речных судах. Это продовольствие на какое-то краткое время прокормило римлян. Когда же оно закончилось, римляне попали в прежнее тяжелое положение. Ведь не осталось такого рода пищи, которого поневоле они еще не пробовали, вследствие чего немало их — как из-за скудности, так и из-за особенностей непривычной еды — либо испытывало телесные недуги, либо из-за бедности было оставлено без внимания и совершенно беспомощно. 4. Когда же об этом узнали вольски, недавно побежденные в войне, они стали, тайно обмениваясь посольствами, поднимать друг друга на новую войну против римлян, поскольку, мол, те будут не в состоянии сопротивляться, если кто-нибудь нападет на них, уже измученных войной и голодом. Все же некое благоволение богов, которые всегда старались не допустить, чтобы римляне попали под власть врагов, явило и тогда самым очевидным образом свою силу. Ведь неожиданно на города вольсков обрушилась какая-то эпидемия чумы, причем столь значительная, что такого случая не упоминается ни для какого другого места ни на эллинской, ни на варварской земле: она без различия губила и сильных, и слабых людей любого возраста, положения и пола. 5. Но высшую степень несчастья явил известный город вольсков, так называемые Велитры[768], бывший до тех пор крупным и многолюдным, в котором эпидемия оставила одну часть жителей из десяти, а прочих схватила и унесла. Поэтому те, кто в конце концов остался в живых после бедствия, отправив послов, сообщили римлянам об опустошении и передали им город. Ведь и раньше как-то раз они уже получили поселенцев из Рима, по этой причине и второй раз стали просить у римлян колонистов[769].
