XLVIII. А когда Марций умолк, Ветурия, выждав немного времени, пока не прекратились громкие и продолжительные восхваления со стороны окружающих, говорит ему: «Да я же и не предлагаю, чтобы ты, о сын мой Марций, предал вольсков, которые, приняв тебя, изгнанника, доверили командование над собой и удостоили остальных почестей, и не хочу, чтобы ты в нарушение соглашений и клятв, которые дал им, когда принимал под начало войска, единолично, без общего согласия, прекратил вражду. Не думай, что твоя мать настолько выжила из ума, чтобы призывать любимого и единственного сына к позорным и нечестивым деяниям. 2. А желаю я, чтобы ты отказался от войны при общем согласии вольсков, убедив их стать умереннее в отношении мирного договора и заключить мир, выгодный и почетный для обоих народов. И это могло бы произойти, если бы теперь ты поднял и увел войско, предварительно заключив годичное перемирие, а в течение этого срока, обмениваясь послами, добивался бы истинной дружбы и прочного примирения. 3. И будь уверен: римляне, убеждаемые уговорами и просьбами, будут готовы сделать все, насколько не окажется препятствием что-либо невыполнимое или какое-нибудь иное бесчестие, имеющееся в условиях договора, но под принуждением, как, например, ты ныне требуешь, они, пожалуй, ни в чем никогда вам не уступят, ни в большем, ни в меньшем, что ты можешь уяснить из многих других примеров, а за последнее время — из тех уступок, которые они сделали латинам, когда те сложили оружие. Конечно, вольски сейчас чрезмерно самонадеянны, что случается при большом успехе. 4. Однако, если ты будешь учить их, что всякий мир лучше любой войны, а добровольное соглашение друзей прочнее, чем уступки, сделанные по необходимости, и что мудрым людям свойственно распоряжаться судьбой по своему усмотрению, когда, по их мнению, дела идут хорошо, но когда они попадают в тяжелое и скверное положение — не подчиняться ничему позорному, и если ты приведешь прочие, сколько найдется, ведущие к кротости и человечности поучительные изречения, которые вы, кто занимается государственными делами, лучше всех знаете[918], то будь уверен, что вольски по своей воле умерят гордыню, под влиянием которой ныне находятся, и дадут тебе власть вершить все, что, как ты считаешь, принесет им пользу. 5. Если же они станут противиться тебе и не одобрят твои слова, кичась успехами, случившимися у них благодаря тебе и твоему руководству, как будто те постоянно будут иметь место, открыто откажись от командования у них и не становись ни предателем для доверившихся тебе, ни врагом для самых близких людей: ведь и то и другое нечестиво. Я пришла просить тебя предоставить мне с твоей стороны, сын мой Марций, именно это, что не совсем уж невозможно, как ты утверждаешь, и чисто от всяких неправедных и нечестивых помыслов.
