LXXII. В то время как именно этими доводами Кассий часто переубеждал толпу на народных сходках, один из плебейских трибунов, Гай Рабулей, человек не безрассудный, выступив вперед, пообещал быстро прекратить распрю между консулами и разъяснить народу, что нужно делать. А когда последовало громкое одобрение его слов и после этого воцарилось молчание, он спросил: «Не в том ли, о Кассий и Вергиний, заключается главное в законе — первое, следует ли, чтобы общественная земля была разделена между всеми нами поголовно, а второе, следует ли, чтобы часть ее получили латины и герники?» После того как они согласились, он продолжил: «Что ж, хорошо. Ты, Кассий, желаешь поставить на голосование народа оба эти положения. Ну, а ты, о Вергиний, скажи нам, ради богов, отвергаешь ли только одну часть предложения Кассия, которая касается союзников, считая, что не следует герников и латинов уравнивать с нами в разделе, или отвергаешь и другую часть, требуя не разделять общественное имущество даже среди нас самих? Именно на это ответь мне, ничего не утаив». 3. Когда же Вергиний заявил, что возражает только против равного участия латинов и герников, а что касается граждан — он согласен на раздел, если все примут такое решение, тогда плебейский трибун, обернувшись к толпе, сказал: «Итак, поскольку одна часть данного предложения одобрена обоими консулами, а другая встречает возражения со стороны одного из них, оба же они равны по власти, и ни у кого нет возможности применить принуждение к другому, давайте сейчас возьмем то, что они оба согласны дать, а в чем они расходятся — отложим». 4. А так как плебс одобрил этот совет как наилучший и стал требовать убрать из закона пункт, разжигающий раздор, Кассий, не зная, что следует делать, — с одной стороны, не желая отказаться от своего предложения, с другой, не имея возможности придерживаться его, ибо противодействие оказывали плебейские трибуны, — распустил тогда народную сходку. В следующие дни он, ссылаясь на болезнь, более не выходил на Форум, но, оставаясь дома, прилагал усилия, чтобы утвердить закон принуждением и силой, и старался пригласить для голосования столько латинов и герников, сколько мог. 5. В итоге, они стали толпами сходиться в Рим, и вскоре город был полон чужеземцев. Увидев это, Вергиний повелел глашатаям возвестить по улицам, чтобы те, кто не проживает в Риме, удалились, и установил им небольшой срок. Кассий же, наоборот, приказал глашатаям объявить, чтобы все имеющие гражданские права оставались на месте, пока закон не будет утвержден.
