Римские войны полностью

XVI. [Оттуда же, там же, с. 353]. Ариовист, царь германцев, живших за Рейном, перейдя через реку еще до прибытия Цезаря[578], стал воевать с эдуями, которые были друзьями римлян. Но тогда, послушавшись приказания римлян, он отказался от войны с эдуями и просил, чтобы его сделали другом римлян. Это и случилось, когда сам Цезарь был консулом и внес это предложение[579].

XVII. [Оттуда же, там же]. Царь германцев Ариовист, ставший другом римлян[580], вступил в переговоры с Цезарем, но так как они разошлись друг с другом, он предложил снова сойтись для переговоров. Когда же Цезарь не согласился прийти, но послал первых лиц из галлов, Ариовист заковал послов в оковы. После этого Цезарь двинулся на него, грозя отмщением. Но страх напал на войско Цезаря из-за военной славы германцев.

XVIII. [Оттуда, там же]. [55 г.] Узипеты, германский народ, и танхреи[581] сперва, как говорят, своими восемьюстами всадниками обратили в бегство[582] до пяти тысяч всадников Цезаря. Цезарь же, задержав послов, которых они стали посылать к нему, напал на них и внезапно нанес им столь решительное поражение, что у них было убито четыреста тысяч. Кто-то из историков говорит, что Катон в Риме внес предложение выдать Цезаря варварам, как совершившего преступное деяние против пославших к нему в это время послов. Цезарь же в своих записках о каждодневных событиях говорит, что узипеты и танхреи, получившие приказание вернуться на старые свои места, сказали, что они отправили послов к изгнавшим их свевам и ждут ответа, а сами в этот промежуток до возвращения послов напали со своими восемьюстами всадниками, и потому обратили в бегство пять тысяч римлян. Когда же они снова прислали послов и извинялись за нарушение перемирия, то, подозревая подобное же коварство, он напал на них, прежде чем дать какой-либо ответ.

XIX. [Suid. s. v. παρορκῆσαι]. Они прямо подстрекнули бретанов преступить клятву, выставляя обвинение, что хотя у них с римлянами и заключен договор, но войско все же осталось в их стране.

XX. [Ibid. s. v. δείσαντες]. Боясь за Цицерона[583], Цезарь повернул назад[584].

XXI. [Из Ватиканских манускриптов кардинала Маи; Mai, Script, vet. nov. coll. II, с. 367]. Бриторей[585] соблазнил эдуев отложиться от римлян, и, когда Цезарь упрекнул их, они сказали, что старая дружба имеет преимущество первенства.

XXII. [Bekk., An., с. 170, 31]. Отправить посольство к Цезарю.

XXIII. [Там же, с. 179, 1]. Полные подозрения по поводу случившегося.

XXIV. [Suid. s. v. ἤιομεν]. Аппиан[586]. Аллоброги[587], народ галлов. Города их были трудноодолимы, так как вследствие прилива и отлива они каждый день становились то жителями материка[588], то островитянами. Воевали же они на кораблях. Но когда Гай Цезарь вокруг их городов вбил высокие сваи и на эти сваи наложил мостовые перекрытия, волны прилива благодаря сваям проходили под мостовыми перекрытиями, римлянам же это дело оказалось не страшным и требовавшим только настойчивости.

XXV. [Он же, s. v. διέφερον]. Аппиан[589]: кельты с давних времен указывали поводы к их вражде по отношению к римлянам.

I. [Из сборника «О посольствах»; U., стр. 354][590]. Когда и римляне и карфагеняне стали нуждаться в деньгах, то первые, истощенные военными расходами, не стали больше снаряжать флотов, но, набирая пешее войско, они каждый год посылали его в Ливию и Сицилию[591], карфагеняне же отправили посольство к Птолемею, сыну Птолемея, сына Лага, царю Египта, желая занять у него две тысячи талантов. У Птолемея, же была дружба и с римлянами и с карфагенянами, поэтому он попытался, примирить их друг с другом. Потерпев неудачу, он сказал, что следует помогать друзьям против врагов, но не против друзей.

II. [Оттуда же, там же]. (1) Карфагеняне, дважды потерпев за это время поражение на суше и дважды на море, где они считали себя намного превосходящими римлян, и уже испытывая недостаток и в деньгах, и в кораблях, и в людях, стали просить у Лутация[592] перемирия и, получив его, отправили в Рим послов для переговоров о мире на умеренных, насколько это возможно, условиях (ἐπὶ βραχυτέροις)[593]; с послами они отправили и консула Атилия Регула, бывшего у них пленником, чтобы он уговорил своих сограждан заключить мир на этих условиях. Он прибыл как пленник, одетый по-финикийски, и, отстав от послов в помещении сената, объяснил сенаторам, что дела карфагенян находятся в плачевном состоянии, и убедил их или решительно продолжать войну, или заключить мир на более выгодных условиях. Когда он добровольно вернулся в Карфаген, карфагеняне убили его, набивши повсюду железных гвоздей в доски, между которыми он стоял, так, чтобы он не мог нигде прислониться, сами же заключили мир с более значительными уступками с их стороны.