Римское частное право полностью

Если по Законам XII таблиц обидой считали тяжкие повреждения, легкие ранения, побои и устанавливалась ответственность в виде талиона (если стороны не договорятся) или строго фиксированного возмещения, то преторским правом обида общим образом определялась как деликт против личности. Потерпевшему предоставлялся иск для защиты как телесной неприкосновенности, так и чести и достоинства. При этом размер возмещения определялся самим потерпевшим и корректировался претором сообразно «действию, месту и лицу». Прежде существовавший порядок строго фиксированной ответственности за обиду выявил свое несовершенство. (Будто бы некий римский патриций, расхаживая по Форуму, давал каждому встречающемуся по пощечине. За ним шел слуга, который выплачивал за обиду 25 сестерциев). Поэтому претором или судьей стало учитываться, был ли «честный удар» или выражение крайнего пренебрежения, нанесен ли удар при стечении народа, учитывалось и личное восприятие потерпевшего. Кто раньше не предъявлял иск о конкретной обиде (например, пощечине), в дальнейшем утрачивал право предъявлять иск в связи с нанесением такой же обиды. «Нельзя считать претерпевшим беззаконие того, кто однажды согласился с подобным действием».

Императорское законодательство установило за отдельные виды обид уголовную ответственность. Потерпевшему стало предоставляться право предъявить к обидчику гражданский иск о возмещении либо требовать уголовной ответственности. Последнее, по свидетельству Гермогениана, стало обычным последствием обиды.

Другим видом деликта была кража. Термин «кража», однако, неточно передает содержание данного правонарушения. Под кражей в Риме понимали не только похищение вещи, имущества, но и растрату, мошенничество, присвоение найденного или корыстное намеренное пользование чужой вещью без достаточного правового основания, или действия залогодателя (собственника), неправомерно изымающего свою вещь у залогодержателя. Кража определялась как «намеренное в целях создания для себя выгоды присвоение себе или самой вещи, или даже пользования ею, либо владения» (D. 47. 2. I. 3). Кража, таким образом, представляла собой намеренное создание для себя имущественной выгоды противоправным воздействием на (движимую) вещь.

Потерпевшему от кражи давался виндикационный иск, которым он мог истребовать свою вещь из чужого незаконного владения. Но при этом нужно было доказывать право собственности на вещь, что представляло подчас значительную сложность. Поэтому для защиты от кражи давался и другой иск – condictio furtiva, no которому следовало доказывать лишь факт кражи. Кроме того, потерпевший мог предъявить виновному лицу штрафной иск об уплате четверного или двойного размера стоимости похищенного. Позже кража переходит в разряд преступлений и подпадает под регулирующее воздействие уголовного права. Из других деликтов следует упомянуть повреждение чужого имущества (прямой ущерб и неполученные доходы) собственника или владельца, когда ответственность причинителя вреда наступала даже при легкой неосторожности; а также деликт из угрозы и обмана, влекший для причинителя вреда возмещение всего фактически причиненного ущерба.

Из обязательств как бы из деликтов привлекает внимание установление ответственности судьи не только за принятие неправильного решения, но и за ненадлежащее выполнение им своих функций (например, неявка для рассмотрения дела). Судья в таких случаях нес ответственность перед потерпевшим в полном объеме причиненного ущерба. Деликт об ответственности за вылитое и выброшенное предусматривал ответственность хозяина, из дома которого (хотя бы и без его вины) вылитым и выброшенным был причинен ущерб проходящему по улице. Ущерб подлежал размещению в двойном размере. Деликт об ответственности хозяина корабля, постоялого двора за ущерб, причиненный их слугами проезжающим, предусматривал возмещение ущерба в двойном размере.