Дочитав, я тут же положил письмо на стол и быстро переместился к входной двери. «Искренне твой»... Как это было… мерзко. Сейчас я бы многое отдал, чтобы узнать, каков был ее ответ на это письмо. А еще больше я бы отдал за то, чтобы сам мог ей такое написать.
— Я ухожу, Грейнджер, — получилось как-то слишком громко и резко.
Она, слегка озадаченная, вышла из подсобки.
— Малфой, у меня пропало вредящее зелье. Позавчера еще стояло на месте, а сейчас его нет. Я точно уверена, что не брала его и наверняка никому не давала и не разрешала взять.
— Мерлин! Грейнджер, это же яд! Зачем он такой порядочной волшебнице, как ты?
— Да не нужен он мне! Он достался мне вместе с этим кабинетом. Стоял в одном из шкафов. Ну я его и унесла в подсобку, подальше от любопытных глаз.
— Это чьих глаз? — обиделся я. — Моих?
— Не передергивай! Мало ли кто может сюда зайти.
— Вот, похоже, кто-то и зашел… — мрачно подытожил я.
— Дверь я запираю, да и мало кому вообще известно, что эта лаборатория моя. Не представляю, кто мог сюда пробраться.
— Я знаю одного человека, который подходит под описание… — начал я.
— Это не Питер! — отрезала она.
— Ладно, думай, как хочешь, — поморщившись, сказал я, — только будь осторожна, Грейнджер. Что-то точно происходит. Что-то совершенно нехорошее.
— Ты тоже, пожалуйста, будь осторожен.
— Буду. До встречи.
— Спокойной ночи, — пожелала мне Гермиона, и я переместился за дверь, осторожно прикрыв ее за собой.
Спустя пять минут я уже был в своей спальне. Беглым взглядом осмотрел все вокруг — я не был в этой комнате с той самой ночи, когда кто-то меня душил, и мне показалось, что все здесь осталось как прежде: вещи лежали на своих местах, равно как и мебель никуда не делась и не переместилась, даже легкий беспорядок на моей прикроватной тумбочке остался прежним. Райта в комнате не было, но его мантия небрежно висела на спинке стула, а на подушке лежала какая-то раскрытая книга и исписанные, кое-где расчерченные листы пергамента. Я не стал подходить проверять, что там было написано — меня это не касалось.
Открыв ящик своей тумбочки, чтобы сложить в него лежащие сверху книги, я на мгновение застыл. Там лежали два флакона с зельем. И все бы ничего, если бы не тот факт, что Тинки уничтожил все мои запасы зелий, какие только смог найти, и мадам Помфри категорически запретила без ее ведома приносить мне даже самые безобидные настойки.
На этих флаконах были наклеены маленькие ярлычки с надписью «обезболивающее зелье». Я недоверчиво уставился на них. В том, что эти флаконы были не мои, я не сомневался ни секунды. Но кто и, главное, зачем принес их и положил ко мне в ящик, было загадкой. Открывать их могло быть опасной затеей, так что я закрыл ящик, так и не переложив туда книги, и позвал Тинки.
— Хозяину Драко что-то нужно? — спросил он, как только появился.
— Да, ответь мне на вопрос. Ты приносил сюда вот эти зелья? — я аккуратно открыл ящик и указал эльфу на два флакона.
Он отрицательно помотал головой.
— Тинки ничего не приносил, только забирал все зелья, которые у молодого хозяина оставались. Это было еще тогда, когда хозяин сильно заболел и не просыпался, — он утер слезу и шмыгнул носом.
— Спокойно, со мной все в порядке, помнишь? — попытался утешить его я.
Тинки кивнул, еще раз шмыгнув носом.
— Эти зелья нужно унести? — спросил он.
— Нет. Завтра я сам их отнесу мисс Гермионе, потому что я не знаю, что это за зелья.
— Тинки все понял.
— Сегодня ты ночуешь в этой комнате, — сказал я. — Сиди и смотри в оба, понял?
Эльф снова кивнул и посмотрел на меня своими большими глазами, в которых отчетливо читался испуг.
— Хозяину грозит опасность?
— Возможно, но с твоей помощью мы постараемся ее избежать. Хорошо?
— Хорошо, — эхом отозвался эльф и сел около кровати. — Тинки будет здесь.
